— Мог бы меня обмануть, — говорю я беззаботно. Я прислоняюсь к стене, держа бокал шампанского на кончиках пальцев. — Поскольку я провела так много времени, побеждая тебя.
Он входит в мое пространство, его рука касается стены над моей головой.
— Я очень хорош в победах над тобой, злая королева. — слова скользят по моему поднятому лицу, его губы так близко, что я могу сократить расстояние между нами меньше, чем за секунду.
Всего одно биение сердца, и он может стонать в мой рот, как он делал в саду. Мне действительно нужно перестать об этом думать. Мне действительно нужно перестать замечать, насколько он сексуален. Он не мог заставить меня кончить. Я ни за что не кончила бы с Эйденом, из всех...
Его часы издают звук. Его рот приближается к моему уху, его зубы тянут за мочку.
— Игра началась, — говорит он, прежде чем развернуться и уйти.
30
Эйден
Мои руки дрожат, когда я иду по дому.
Мне это очень нравится.
Я должен перестать прикасаться к ней.
Я должен перестать замечать, насколько она сексуальна.
Я сую руки в карманы брюк и впиваюсь ногтями в ладони.
Сосредоточься.
Я должен сосредоточиться. Что могло бы произвести на нее впечатление?
Нет, дурак. Дело не в том, чтобы произвести на нее впечатление, а в том, чтобы победить.
Я должен победить. Я никогда раньше не делал ничего подобного, и мысль о краже приводит меня в возбуждение. Может быть, я больше похож на Хантер, чем думал, но сегодня я не ненавижу это, и я определенно не ненавижу ее.
Когда я смотрю на нее, моя кровь становится теплой и бурлящей, мне хочется прижать ее к стене и услышать те звуки, которые она издавала в саду.
Мне действительно нужно перестать думать о саду.
Я отдал бы все, чтобы перестать думать об этом чертовом саду.
Но, боже, как я могу думать о чем-то еще, когда она выглядит так? Не в бальном платье или чем-то скромном, а в черном платье с вырезом до пупка, с красными губами, которые заставляют меня хотеть размазать эту помаду большим пальцем...
Вот.
Открытая дверь. Я вхожу внутрь, улыбаясь, когда вижу, что это место для кейтеринга. Я смотрю направо. Здесь никого нет. Я изучаю поднос, как генерал. Я беру три блюда и хочу, чтобы все они были значимыми.
Что ей нравится?
В среду за завтраком я спросил ее, какие блюда она любит. Итальянская еда, ответила она, потому что напоминает ей о доме. Синиганг, который готовит ее дядя, чтобы произвести впечатление на семью своей жены, что я нашел странно милым. Необычный сыр. Я хватаю тарелку, сердце колотится.
Я совсем забыл о толпе, обходя бальный зал и беря бутылку шампанского. Еще одна вещь. Мне нужно еще одно — вот.