Где он?
Вот он. Выглядит как настоящий наследник в своем смокинге, волосы откинуты с лба. Разговаривает с брюнеткой в платье с цветочным принтом.
Я должна до него добраться. Может, он еще не знает. Он не выглядел бы так беззаботно, если бы знал. Я делаю быстрый шаг вперед, толпа расступается передо мной или, может быть, отступает от меня.
А потом она кладет руку ему на плечо, и он запрокидывает голову и смеется.
Клянусь, я слышу этот смех через весь бальный зал. Какая-то особенность архитектуры передает мне его бархатную текстуру. Звук, который он издает только для меня, он издает для нее. Она улыбается, и я узнаю ее.
Эми.
Я останавливаюсь на полпути, сердце бьется как сумасшедшее.
Я не могу этого сделать. Мне станет плохо. Я оглядываюсь в поисках выхода. Мне нужна всего минута. Минута наедине, чтобы собраться, восстановить свою броню, удержаться от слез.
Я дышу неровно. Мне просто нужно... вот.
— Извините, — вежливо говорю я, несмотря на гул в ушах. Гости расступаются, и я исчезаю в коридоре, где встретила Эйдена в тот первый вечер. Я едва вижу картины и двери по обеим сторонам, мои руки дрожат, ноги трясутся. Когда я достаточно далеко и готова рухнуть, я пробую ручку. Она открывается, слава богу, и я захлопываю дверь за собой.
62
ЭМОРИ
Это кабинет. Я падаю в кресло и прижимаю ладони к глазам. Я вдыхаю воздух, молясь, чтобы не выблевать шампанское, умоляя свое тело успокоиться.
Я не могу разрыдаться перед ними.
Я должна вернуться туда.
Эйден все объяснит. Я не могу оставить его там одного произносить речь и танцевать танец, который мы репетировали вдвоем. Нет, не одного. Эми будет танцевать с ним.
Я вскакиваю с кресла, мои эмоции слишком сильны для моего тела, для платья, для этой комнаты.
Мне нужно думать логически. Как разнесся слух? Эйден рассказал людям? Нет, он бы никогда этого не сделал.
Я доверяю Эйдену. Я доверяю ему больше, чем себе.
Я медленно хожу по комнате, заставляя себя дышать ровно. Я делаю второй круг, когда замечаю бумаги на столе и начинаю дрожать.
Соглашение о разлуке и разводе.
В последний раз, когда я их видела, они лежали нетронутыми в его домашней библиотеке. Он принес их сюда. Моя рука дрожит, когда я переворачиваю последнюю страницу.
Почему он принес их сюда?
Я прижимаю ладонь ко рту, чтобы заглушить звук, который вырывается из него, когда я вижу последнюю страницу. Там его резкий почерк.
Он принес их сюда, чтобы подписать.
Конечно. Я опускаюсь в кресло за столом, закрывая глаза от боли.
Никаких ожиданий.
Ты же не хочешь любви, правда?
Я увидела то, чего не было? Я уже так делала раньше. С Харрисоном я думала, что он меня любит. С Эйденом я даже не задавалась вопросом, любит ли он меня. Я просто предполагала, что любит.