Я на миг почувствовал себя политиком, лавирующим между бандитами, властью и иностранными агентами. Хреновые, надо сказать, ощущения.
Передёрнув плечами, я распрощался с Рыжиком и завалился спать. Но сон пришёл не сразу, а когда он всё-таки изволил явиться, то вылился в жоподробительный кошмар. Я бежал по окрашенной кровью воде, а за мной с косой гналась фигура в развевающимся на ветру чёрном балахоне с прорехами, вызванными гниением ткани. И я всё никак не мог рассмотреть лицо этой фигуры. Оно скрывалось во тьме глубоко надвинутого на глаза капюшона, но отчего-то мне казалось, что я знаю этого человека и искренне ненавижу.
Глава 9
Проворочавшись всю ночь, утро я встретил в разбитом состоянии. Рот кривился в богатырских зевках, а в глаза будто песка насыпали. Но железная сила воли заставила меня подняться с кровати и начать лёгкую тренировку. Она продлилась недолго, но успела вызвать вялый интерес Цербера, развалившегося на подоконнике. Он сонно поглядывал на меня с брезгливым удивлением: мол, чего этот глупый кожаный мешок обливается потом и кряхтит на полу, когда можно храпеть на кровати, свернувшись в клубочек?
Я не стал устраивать с котом диспут и, позанимавшись, молча отправился в ванную комнату, где искупался. А затем уже посвежевший и с порозовевшей кожей оделся, взял три сотни рублей и покинул доходный дом.
Город встретил меня поблескивающими лужами на серой влажной брусчатке, недружелюбным небом и тусклым пятном солнца. Гадство. Но хоть дождь с туманом сгинули ко всем чертям, и то хлеб. Да и практически сразу же мне на глаза попался извозчик, что ещё больше примирило меня с опостылевшей пасмурной погодой.
Карета возницы повезла меня в универ. И пока мы ехали, я поглядывал в окно на просыпающиеся ото сна улицы. На них появлялось всё больше машин и повозок, а тротуары заполнялись хмурыми горожанами, идущими мимо домов с чёрными пятнами плесени на штукатурке. В воздухе же перемешались десятки звуков: цокот копыт, дребезжание моторов, обрывки разговоров, хлопанье голубиных крыльев… Возле университета появился ещё и многоголосый гул студентов, широким потоком втягивающихся в гостеприимно распахнутые ворота.
Я дал вознице двугривенник и присоединился к этой реке, сияющей жаждущими знаний глазами. Энтузиазм студентов перекинулся и на меня, словно прилипчивый вирус. И в лекционную аудиторию я вошёл, уже чувствуя лёгкое возбуждение опытного пожирателя гранита науки.
Мой взгляд скользнул по занявшим скамьи первокурсниками и среди их лиц не обнаружилась протокольная рожа Морозова. Даже Сутулый куда-то пропал. А вот Варвара с какого-то хрена сидела не с Ядвигой. Да ещё она приглашающе махала мне рукой, кивая на свободное местечко рядом с собой. Чего это она? Любопытно.