Оставались, правда, Рогнеда с Якуном. Их войска подходят ко второй крепости, но кто будет прикрывать их, когда хлынут эти твари?

— Ты чего так смотришь, громада?

— Виол, — сказал я, — Думаю, пришло время снова провернуть ту забавную шутку…

— Тебе, наверное, очень трудно разглядеть, что на небе нет луны? — съязвил бард.

— Это вы уж с Моркатой разбирайтесь сами!

— Что за забавная шутка? — спросила Власта.

— Бард умеет завлечь рычащую толпу своим задором, — ухмыльнулся я, — Только его надо поскорее доставить к Рогнеде!

Власта кивнула. По её команде подскочила русоволосая пайнка на могучем сером волке. У него одни лапы только были размером с мою голову, и воинственная девушка на спине зверя выглядела изящной миниатюрной куклой. Но Власта пообещала, что эта порода волков, и конкретно этот волк — самые быстрые в их войске.

Бард тут же влез на спину зверю, прижавшись сзади к воительнице. Та нахмурила брови, но не удержалась и растянулась в улыбке — она была одной из тех девиц, что приставали к Виолу прошлой ночью на празднестве.

— Вот это я понимаю, забота о талантливом певце! — Виол сам сверкал, как солнце, и наверняка уже своей довольной рожицей мог спалить всех упырей вокруг, — Маюнова песнь!

Он всё искал, за что покрепче ухватиться на доспехе пайнки, и почему-то именно на нагруднике. Но вот пайнка задорно гикнула, и волк, чуть присев, тут же рванул следом. От меня не укрылось, что Кутень сделал шаг вперёд, инстинктивно подавшись вслед за волком. Пёсья кровь даёт о себе знать.

— Мне надо проверить ещё кое-что, — сказал я, подзывая Власту и Норду, — Протяните руки.

Пайнки с интересом подошли, показали ладони. Я взял у одной из них нож, подозвал Кутеня…

— Ульв, ты сказал, что Волх тогда много бросской крови попортил. А ведь ему не удалось броссов превратить в настоящих упырей, та магия была пусть и умелой, на подделкой.

Сказав этой, я аккуратно кольнул ножом ладонь у Власты, затем у Норды. Скупые капельки крови набухли, отражая тёмное и заволоченное тучами небо.

— Мы — один народ, и в вас тоже течёт бросская кровь.

— Нет, бросс, не так! — не выдержала Власта, ухмыльнувшись, — Это в броссах течёт пайнская кровь!

— Как скажешь… — я улыбнулся.

Кутень протянул свою руку и просто стряхнул щепотку Тьмы на ладони пайнкам. Мы все замерли, наблюдая за тем, как чёрные снежинки упали прямо на капельки крови…

И у Власты, и у Норды капли крови вдруг разбухли крохотными белыми ёжиками, и тут же с едва слышным треском лопнули. С ладоней обеих вниз посыпался самый обычный иней.

— Сожри меня Бездна! — вырвалось у меня.