Когда их окатило взрывом и каменной шрапнелью, они даже не сразу поняли, что произошло. Не все и самострелы повернули — наверняка подумали, что в крепость просто снаряд попал.

— Гряяяязь! — рыкнул я, отвешивая оплеуху тому, кто очухался первым, и отправляя в полёт.

Он сбил собой остальных вместе с баррикадой, словно запущенный из пушки. Тут же я толкнул перед собой огненный щит, расширив его на всё помещение, и вся бравая ватага вперемешку с оружием и дубовыми досками обрушилась в стену. Кому-то повезло чуть больше, и они не расплющились об стену, а своими телами выбили толстенную дверь… чтобы тут же исчезнуть в заготовленном портале во Тьму. А хозяин крепости, смотрю, особо не заморачивался с разнообразием.

Я остановился, закрыв глаза и расширяя магический взор. Если тёмный умный, то он понимает, что бросс идёт за ним, и скроет свою ауру, не позволит себя найти… Так я и не буду его искать.

Мне нужен страх. Причём страх, причиной которого являюсь я…

Меня кольнуло удивление, когда я почуял на пару ярусов ниже золотую ауру Храмовника Яриуса, бликующую его тёмным выбором. Храмовник, моё ему уважение, не излучал вообще никаких эмоций — как совершенная боевая магическая машина, он ждал, когда я приду.

И вот совсем рядом с ним я и почуял то, что искал. Страх… И судорожные волны от «броши хозяина» — послушник лихорадочно отдавал какие-то приказы.

Я услышал отдалённый рык, и крепость загудела странной дрожью. Будто тысячи когтей и клыков скребли по стенам. Понятно, хозяин зовёт защищать его, и теперь упыри лезут обратно в крепость. На радость её защитникам!

Сосредоточившись, я окутал себя пламенным щитом. Затем оттянул его вверх, напрягая чакры, и резко ударил по полу. Вздыбились доски, и я рухнул на ярус ниже, где был уже каменный пол. Не пытаясь тормозить, я ускорился и вложил ещё больше мощи в удар, одновременно с этим оборачиваясь огненным сгустком. Снова я пролетел сквозь толщу камня, прошибая её словно ядро, и приземлился в тёмном подземелье.

Я в подвальных помещениях крепости… Ох, как сердце-то трепещет от ностальгии — половина жизни Тёмного Жреца проходит в таких сумрачных подземельях.

Посмотрев наверх, оценил толщину пробитого потолка и двинулся вперёд по коридору. Во тьме сразу зашелестели тихие голоса, но я даже не обращал на них внимания — это всё всего лишь отвлекающие ловушки. Я чувствовал нарастающий страх послушника впереди, и лучше ориентира было не придумать.

Вот только золотая аура Храмовника исчезла. А ведь это серьёзный противник, несмотря на то, что Яриус растерял свою светлую силу. Зато приобрёл тёмную…