― Разумеется, ― покладисто кивнул Хельдрик и вырвался вперед, увидев наконец, что Эрмис и остальные зовут их под каменный выступ, прикрывающий от хлещущих вовсю с неба струй.

Холодные капли, ползли за ворот дальше по спине и почему-то напоминали магистру его собственный холодный пот, возникающий каждый раз при мысли о том, что может случиться, если род Императора все же получит ключ от собственноручно запертой клетки.

***

Рассвет будто вовсе не хотел приходить. Темные тучи вцепились щупальцами в верхушки скал, ссыпая из себя еле ощутимую морось, вставшую молочной завесой, залезшей в каждую трещину Серого ущелья. Осень предупреждала обитателей гор, что она почти тут, а значит, пора привыкать к тому, что снова на долгие месяцы потускнеют все краски, солнце начнет обходить горы небрежно и торопливо, оставляя их во власти пронзительных ветров и туманов. Корденс на мгновение прикрыл воспаленные до рези глаза и тут же снова вперил взгляд вниз со стены замка.

― Выпей, твоя светлость, ― в руку герцогу ткнулся кубок с клубящимся над ним паром.

Корденс отрицательно качнул головой.

― Выпей, говорю, ты третьи сутки без сна, ― Салира вложила кубок в руку. ― Там зелье, которое поможет еще немного продержаться на ногах.

Не глядя, Корденс влил в себя обжигающий напиток и отшвырнул кубок. Кровь благодарно встрепенулась и побежала по венам быстрее, заставив порозоветь иссиня-белое лицо.

― Пора выпускать нас наружу, герцог, ― тихо продолжила Салира. ― Сегодня мы их добьем. Я думаю, там осталось не больше десятка.

Корденс молчал, впрочем, магистр и не ждала ответа. Она подняла внимательный взгляд вверх. Там, на высоте птичьего полета, заставляя глаза слезиться и поражая разум, сияла радуга. Сияла всеми оттенками черного. Никогда за свою долгую жизнь магистр Салира не видела подобного зрелища. Не получилось бы у нее и вообразить, что черный цвет, который обычно все поглощает и гасит, может сиять, переливаясь лентами лучей от обсидиана до антрацита, от чернил до оникса, от воронова крыла до беззвездного ночного неба.

Изогнувшись куполом над Туманным замком, радуга стряхивала свои лучи вниз, вонзая их в землю на десятки шагов окрест и выстреливая в небо снопами искр. Салира представила, что зарево от этого черного сияния видно даже в Стражене. И как люди в городе срывающимися от ужаса голосами возносят молитвы всем богам, гадая, не накроет ли вскоре черное зарево их вечной черной ночью.

Воздух вокруг купола свистел и шуршал, заглушая истошный вой изнаночных тварей, доносящийся со стороны Серого ущелья. Купол притягивал их и не отпускал более, заставляя снова и снова бросаться на непреодолимую и смертельную для них преграду.