Кто-то успел встать лагерем недалеко от подножия гор, поджидая остальных, другие еще размеренно шагали по пространству авлана, когда из сердца гор, из ущелья, которое впоследствии назовут Проклятым, хлынули тени и принесли с собой ужас и пустоту на долгие-долгие луны и солнца.

Первая волна теней прокатилась по степи, не встретив никакого сопротивления. Самых храбрых мужей сковало ужасом и могильным холодом, исходившими от теней. И стали все они добычей, не успев прийти в себя. Даже шаманы не смогли забрать множество смертей, случившихся в считанный срок.

Не до великой охоты стало тем, кто сам теперь был добычей. Из тысяч выжили единицы. Кто-то спрятался в пещерах близких гор, и тени проскользнули, не заметив их. Кого-то случай сподобил упасть будто замертво и остаться невидимым для стремившихся дальше теней. Дальше, вглубь степи, где оставались беззащитные стоянки с женщинами и детьми.

Вторую волну встретили выжившие после первой. Уже не вызывали такую оторопь жуткие тени. Уцелевшие вожди и шаманы собирали под свое крыло всех, кто мог дать отпор. Но тени были похожи на разъяренных духов, каждая из них была способна умертвить сотни людей, прежде чем они могли покончить с нею. Трупами покрылась степь, как ковром, от гор до вечной мерзлоты. И некому было хоронить умерших.

Сотня солнцеворотов прошла до тех пор, пока не стало уменьшаться число теней на просторах авлана. Выжившие зарывались в землю, чтобы спрятаться от них, пытались уйти через горы, но на пути встал непроглядный Туман, в котором никто не мог сделать и нескольких шагов, не потерявшись буквально на одном месте. Видимо, этот Туман и породил страшные тени, обрушившиеся на целый народ.

За сотни лет, пока остатки этого народа петляли по всей земле, спасаясь от теней, останки и теней, и их добычи обжигало солнце, поливали дожди, сушил ветер, поглощала земля. А еще через годы, напитанная таким страшным удобрением, земля породила лес. Под его сенью и научились жить потомки тех, кто выжил после пришествия теней. Приручили спустившихся с гор хтааров, видимо, животные тоже спасались от туманных теней. Лес давал кров, защиту и пищу.

Но кровь кочевников не умолкала и не образовывал новый народ, называвший себя тааранами, оседлые поселения надолго. Легко и спокойно собирались с места и уходили в поисках нового, а мертвых своих с тех пор оставляли на милость солнца, ветра, дождя и земли …

Не было у тааранов в ходу письменности, рассказы о случившемся давным-давно передавались устно из поколения в поколение, поэтому Крутт и остальные магистры смогли составить только примерное представление о том, что же случилось с Великими равнинами после призыва Тумана и появления Излома. На основании того немногого, что успел рассказать им Маарх, отец Заарды, шаман этой общины.