Корденс перевел дыхание. ― Видимо, я слишком много времени провел, общаясь с магистром Салирой.

― А следовало бы побольше с женой, ― с намеком произнесла герцогиня. ― Мне следует сказать тебе, сын, что магистр Салира тут не при чем. Твоего отца тоже посещали подобные мысли. Видимо, в какой-то момент они начинают одолевать каждого хозяина Туманного замка.

― Только вот при жизни остальных не происходило того, что происходит сейчас, ― Корденс хотел было выдернуть руки из материнских, но она не позволила. ― Никогда еще Император не оставался без наследника. Их же охраняют не менее рьяно, чем Туманный замок охраняет Источник. Что же теперь будет со всей Империей? Императрица ведь не сможет больше родить?

― Не сможет, ― подтвердила мать напряженным голосом. ― Маги исключают возможность повторного зачатия как для Императриц, так и для герцогинь Туманного замка. Таков закон. Таков договор.

― И это значит, что Императору нужна женщина, чтобы стать матерью его нового наследника. И я догадываюсь, кого он хочет получить на эту роль. Не зря с тех пор, как он узнал о существовании Лейры, он так настаивает на ее появлении при дворе. Более того, ― Корденс все-таки отнял у матери руки и взволнованно заходил по узкому пространству стены, освещенному магическим светильником, ― я не верю в то, что сказал мне посланник Императорского Совета. Я не верю, что Последователи смогли добраться до наследника Императора. Это просто невозможно. Значит, Император сам…

Корделия с тревогой смотрела на сына, но молчала, не прерывая его. Внезапно молодой герцог остановился. Глаза его расширились, в них заплясали отблески огня светильника. Было похоже на то, что горный ледник внезапно объяло пламя бездны.

― Мама! ― воскликнул он. Герцогиня наклонила голову, но не отвела взгляда от горящих глаз сына. Тот приблизился к ней почти вплотную и склонился к ее лицу.

― Мама, ― слова его вдруг приобрели пугающую вязкость. ― Я сейчас вспомнил свой разговор с магистром Салирой. Он совершенно вылетел у меня из головы после известия о смерти наследника. Теперь я вспомнил.

Корделия ждала.

― Я сказал магистру, что зачастую Безымянный герцог узнает о беременности своей жены раньше нее самой. Потому что Источник чувствует зарождение новой жизни. Жизни тех, в ком есть кровь Хранителей. ― Корденсу казалось, что ему перестало хватать воздуха.

― И это значит, что отец знал. Он знал, что детей будет двое.

Корделия вздохнула, с грустной улыбкой провела рукой по щеке сына.

― Ты обязательно бы догадался, мой мальчик, ― тихо произнесла она, ― возможно, чуть позже, когда почувствовал через Источник, что забеременела твоя жена.