― Невероятно!

И, мгновение спустя:

― Невероятная!

Лейра вздрогнула, сощурила глаза и развернулась к своим спутникам всем телом.

― Что? ― ее голос прозвучал слабо и удивленно.

В то же мгновение она почувствовала, что внутри нее, в солнечном сплетении, разгорается огонь, моментально охватывающий все тело пожаром, в котором хотелось сгореть, обратиться золой, рассыпаться пеплом и развеяться на ветру, раздувающем этот внутренний огонь. С чем можно было сравнить это ощущение? Эту растерянность и одновременный восторг, этот страх неотвратимости? Сколько времени это можно выдерживать?

― Поздравляю с обретением прозвища, Лейра Невероятная, ― ехидный голос Крутта выхватил девушку из оцепенения.

Она бросила на магистра потерянный и расфокусированный взгляд человека, вырванного из глубокого сна и, пошатнувшись, чуть не упала на потрескавшиеся камни. Рванувшего было к ней Трэнка Риста Крутт удержал, просто дернув назад руку, к которой все еще была привязана рука воина. На злой взгляд напарника по цепи магистр только повел бровью и продолжил:

― Может, теперь ты будешь так добра объяснить нам, наконец, куда это тебя так срочно понесло без нас?

― Иногда ты просто невыносим, Крутт, ― укоризненный голос Халы прозвучал так неожиданно, что гвардеец, связанный с ней, вздрогнул.

― Только иногда? ― уточнил магистр с наигранной обидой.

― Хватит! ― судя по голосу, Эрмис явно был раздражен. ― Лейра, мы уже можем развязаться?

― Здесь ― да, ― девушка все еще растерянно прислушивалась к своим ощущениям. ― Но выходить за пределы освещенного пространства нельзя.

― Орф, сматывай нить к себе, ― распорядился Крутт, с наслаждением растирая запястье, которым двое суток прикасался к запястью Трэнка Риста. Облегчение, с которым отряд разомкнул свою цепь, и возможность наконец-то видеть, даже в несколько размыто-бордовом свете и на ограниченном участке, на некоторое время отодвинули от людей осознание того, где же они все-таки оказались и с какой целью.

― А ведь и в самом деле ― Невероятная, ― тихий голос Хельдрика раздался над самым ухом Крутта, наблюдавшего за тем, как Трэнк Рист, едва последний виток нити соскользнул с его руки, бросился со всех ног к Лейре. ― Единственный носитель божественной крови и крови Хранителей, в котором проявился магический дар. Единственная девочка в императорском роду.

― В роду Безымянных герцогов, ― привычно поправил Крутт. ― Вы с Салирой, случайно, не родственники? ― насмешливый взгляд переместился на необычайно серьезное лицо Белоглазого.

― Хала права, иногда ты невыносим, ― с досадой проговорил тот. ― Лучше скажи, что ты думаешь, ― кивок в сторону сияющего Излома, ― он действительно стал меньше?