— Что именно?

— Про нас. Про доверие. Про то, что было.

— И что предлагаешь?

— Начать заново.

— С чистого листа?

— С чистого. Без Людмилы Сергеевны.

— Скучно будет.

— Не надейся. С тобой никогда не скучно.

— Это комплимент?

— Это предупреждение.

Я улыбнулась.

— Хорошо. Давай попробуем.

— Попробуем что?

— Быть вместе. По-настоящему.

Он наклонился, поцеловал меня в уголок губ.

— Договорились.

Вечером того же дня мы сидели на кухне у моей мамы.

Да, я решила, что если уж начинать заново, то сразу с главного. С семьи. С тех, кто будет рядом всегда, даже если мы снова поссоримся. К тому же, Людмила Сергеевна — настоящая Людмила Сергеевна — уже знала всё и требовала «очной ставки».

Мама встретила нас спокойно. Кивнула Кириллу, будто видела его тысячу раз. Поставила чайник. Достала пирожки — с капустой, с картошкой, с вишней. Стол ломился.

— Садитесь, — сказала она. — Сейчас ещё Люда подойдёт.

Кирилл сел на табуретку, и она жалобно скрипнула. Он замер, посмотрел на меня с лёгкой паникой.

— Не бойся, — шепнула я. — Она выдерживала и не таких.

Людмила Сергеевна — настоящая, не легенда, а подруга мамы, женщина с железобетонными нервами и золотым сердцем — пришла через десять минут. С сумкой, в которой звенели банки.

— Я тут домашние соленья привезла, — объявила она с порога. — Марта, твоя мама просила. Огурцы, помидоры, кабачки — всё как ты любишь.

— Моя мама любит соленья, — подтвердила я.

Людмила Сергеевна прошла на кухню, поставила сумку на табуретку и уставилась на Кирилла.

— Ну, — сказала она. — Красивый. Хоть не кривой. И не лысый. Уже плюс.

— Людмила Сергеевна! — одёрнула я.

— А что? Я жду объяснений. Вы, молодой человек, мою репутацию испортили.

Кирилл поднял бровь. Он явно не ожидал такого поворота.

— Вашу репутацию?

— А вы думали! Я теперь в компании — легенда. Людмила Сергеевна, которая всё про всех знает. Которая сообщения про кетчуп пишет. Которая видит то, чего не видит никто. Которая даёт советы по личной жизни начальнику. Ко мне теперь коллеги подходят и спрашивают: «Людмила Сергеевна, а как мне мужа вернуть?» А я что? Я должна соответствовать!

Кирилл посмотрел на меня. Я закусила губу.

— Простите, — сказал он серьёзно. — Я не знал, что моя личная жизнь так сильно отразится на вашей карьере.

— Отразилась. Теперь я не просто бухгалтер, я — гуру отношений. Придётся повышение просить.

— Люд, ты невыносима, — фыркнула мама.

— Я лучшая, — согласилась Людмила Сергеевна. — Ладно, молодёжь, садитесь за стол. Будем чай пить. И рассказывайте, как вы теперь без меня будете жить.

Мы сели. Чай, пирожки, соленья. Разговоры ни о чём — о погоде, о соседях, о том, что скоро лето, что у Людмилы Сергеевны кот опять украл колбасу.