Эх, маловато ещё я разумею в местных порядках. Порицание общества, как ни стращал Мурза, меня вообще не пугает. Да и чего мне терять? Могу ведь поехать к себе в имение, махнув рукой на всю эту дуэль. Но вот стреляться… этого я точно не хочу. Кто его знает, повезёт ли мне с третьей жизнью, если опять помру? А вдруг окажусь в теле дряхлого старика или вовсе без тела? С другой стороны, стартовые позиции тут у меня весьма неплохие. Я дворянин, есть кое-какие материальные ценности — те же крепостные, имение, молодость опять же. От такого ведь не отказываются!

Значит, вопрос с Грачёвым надо решать, но не через секундантов, а тет-а-тет. Выход только один — попытаться уладить всё лично. Надо понять, как выйти из этого дурацкого положения, и постараться сделать так, чтобы обе стороны сохранили лицо. Грачёву ведь, скорее всего, тоже не особо хочется стреляться, но и репутацию терять он не может.

«Взять бы биту да руки хаму переломать!» — кровожадно подсказывает коварное подсознание. Мгновенно представляю, как поручик валяется на полу с переломанными руками, уже не способный ни стреляться, ни выпендриваться.

— Имею честь представить — Алексей Алексеевич, — разрушил мои видения Мурза, подойдя с каким-то лысым и худым, как жердь, старичком.

— Добролюбов Илья Евстигнеевич, — представился тот, протягивая мне руку. — Ваш, надеюсь, будущий секундант. И сразу скажу — не надо благодарностей, я сам от этого мерзавца пострадал год назад.

— Год назад? — переспросил я, пытаясь понять, что тот имел в виду.

— Да, да, тот же самый поручик Грачёв! — презрительно выдавил из себя Илья Евстигнеевич. — Тогда он вызвал меня по пустяковому поводу, думал, что сможет из меня деньги стребовать. Но тут не вышло. Мы стрелялись! — в голосе старика прозвучала какая-то гордость. — Правда, всё кончилось благополучно, ранение ноги у меня легкое было. Но меня это задело до глубины души!

Похоже, дядя полон желания теперь отыграться через меня.

— Вообще не понимаю, чего он на меня окрысился, — жалуюсь я, глядя на Илью Евстигнеевича. — А ударил я его нечаянно! Просто он плюнул на меня…

Но Добролюбов, пропуская мои причитания мимо ушей, тараторит, как заведённый:

— С секундантом Грачева я знаком, — говорит он с каким-то холодным блеском в глазах. — Так что договоримся быстро. Вы где остановились? Я к вам вечером зайду… Смысла затягивать нет, на завтра дуэль и назначим… Есть у вас пистолеты? Или может на шпагах там желаете? Как вызванная сторона вы имеете право…

— Да какие там пистолеты! — пытаюсь втиснуться я в разговор.