Впрочем, на меня особо никто не смотрит. Охота началась!

Сначала из ворот усадьбы выбегает, звонко лая, собачья стая, потом пешим дралом два десятка разного люда, скорее всего, из свиты помещиков — ведь не один я в компании приехал! Затем потянулись гости посановитее. Все конные. Некоторые немолодые и уже порядком обрюзгшие дядьки, стараясь выглядеть лихими, имеют вид такой, что и смотреть неловко. Из меня тоже, конечно, наездник ещё тот, но я молод хотя бы, и чувствую некоторый азарт и желание поквитаться за недавний испуг и побег.

Странное дело, но беглые тати Велесова, что давеча напали на меня, никого особо не волновали!

— Да бегут они уже без оглядки на Дон! Это медведь будет ходить кругом, а эти не дураки. Да и медведЯ тоже, поди, забоятся, — пояснил мне Акакий. — Знают — раз ты спасся, то скоро ловить их станут.

Мы с ним едем последними в ряду почти полутора десятков всадников. А немало гостей приехало, и это ещё управляющий Велесова с компанией с нами не поехал. Лошадь моя после гонки отдохнуть не успела, вижу — тяжело ей. Благо кобылка молодая, года четыре всего. Раза в два моложе, чем Мальчик Владимира.

Что происходит, я особо не понимал, а спросить, каков у нас план, не решался. Зачем лишний раз позориться⁈ Тупо скачу за всеми. Вернее, едем мы со скоростью обычного пешехода. Собачки лают уже где-то вдалеке, помещики разговаривают о своём, да мне и не слышны их разговоры. В чём охота и какова её главная прелесть — пока не совсем понятно.

Вот уже и лес начинается, тот самый, что является границей между нашими с Елисеем поместьями. И скажу я вам — приличный такой лесок: километров тридцать в ширину и дюжину с лишним в длину. Еду и стараюсь припомнить карты моих земель, что когда-то рассматривал в Дворянском Собрании. Если правильно помню, это уже мои владения, но, признаться, сам я тут первый раз.

От остальных мы отстали уже заметно. Трусим втроём: я, Владимир и Акакий. Вот кому охота вообще неинтересна — так это моему гимназическому приятелю! Акакий взахлеб рассказывает, как надысь (опять это старорежимное словечко!) выиграл в штосс триста рублей у самого корнета Палкина! В штосс я не играл никогда, даже правил толком не знаю, поэтому поддержать беседу не могу.

Вот в кости — другое дело! В кости я играю и, как выяснилось, весьма недурственно. И, главное, ведь считается, что всё это от чистого везения зависит… Ан нет! Помню, как в гимназии под ноль разделал и Акакия этого, и всю его компанию, хотя, казалось бы, сидели ребята с чуйкой. Везучий Лёшка был, что ни говори.