Патрон я отложил в сторону, взял пищаль, повернув замком к строю.
— Сие зовётся кремневая пищаль! — объявил я. — Не требует фитилей, искру высекает кремень. В остальном всё похоже. Выстрел производится нажатием на скобу.
Я взвёл курок, потянул за скобу, замок сухо щёлкнул, высекая искры в пустоту. Вспомнить бы петровские экзерциции. На караул, на плечо, и так далее. Там все упражнения были составлены так, чтобы даже деревенские увальни, забритые в армию, могли быстро освоить обращение с мушкетом.
— Леонтий, выдай по одной пищали на десяток, пусть посмотрят, — попросил я.
Дядька молча прошёлся вдоль строя, раздавая оружие десятникам. Стрельцы тут же принялись изучать новое для себя оружие, защёлкали курки.
— Ой, а тут кремень выпал! — воскликнул один из молодых.
— Значит, вставь его обратно, — проворчал я. — Да, каждому придётся теперь иметь небольшой запас.
— А пострелять можно? — спросил Нифонт.
Я чудом сдержался, чтобы не ответить по привычке про Машку и ляжку.
— Для этого вас всех сюда и собрали, — сказал я. — Пострелять успеете. Только сначала нужно освоить строевую подготовку.
Объяснить, что такое шеренга, строй, научить всем основным командам, научить двигаться строем, чувствовать плечо товарища, и так далее. Работы предстояло много, и я не стал терять времени. Шагистику я никогда не любил, но здесь это не просто способ занять бездельничающего солдата. Здесь это будет навыком, реально полезным в бою.
А что самое тошнотворное, так это то, что мне придётся показывать каждую команду на собственном примере. Снова тянуть носочек, печатать шаг, и всё в таком духе. Ни на десятников, ни на дядьку я эту неприятную обязанность спихнуть не мог. Только обучить самых смышлёных, чтобы они, в свою очередь, обучали всех остальных. Но начинать всё равно придётся с меня.
— Равняйсь! — гаркнул я. — Отставить! Равняйсь!
Даже эти команды они поняли скорее по контексту, с грехом пополам выровнялись. Будет тяжело, это точно. Одно только радовало. Любые команды они выполняли беспрекословно. Будь здесь вместо бывших крестьян служилые люди, знатные, непременно начались бы вопросы, возражения и предложения. А мне требовалось подчинение.
Глава 15
Дни потекли один за другим, похожие друг на друга, как близнецы. Понемногу прибывали новые люди, доукомплектовывая мою сотню, строились новые избы для их размещения, но в остальном — всё шло своим чередом. Интенсивное обучение, постоянная пальба и много шагистики.
Стрельцы не жаловались, стойко переносили все тяготы и лишения. Потому что результат кардинально отличался от их прежнего опыта. Все видели, насколько быстрее они стали стрелять и вообще обращаться с оружием. Я был готов даже побиться об заклад, выставить свою сотню сирых и убогих против лучшего стрелецкого полка.