Поприсутствовать при, собственно, отливке орудия мне всё-таки не удалось. Форма сохла слишком долго, парни хотели сделать всё как надо, максимально качественно, и поэтому перестраховывались, оттягивая сам момент отливки.
Меня они, однако, заверили, что всё будет в порядке, пройдёт как по маслу, и я оставил им самые подробные указания. Каким должен быть лёгкий полевой лафет, где располагать зарядный ящик, и так далее. Короче говоря, это должна была быть пушка наполеоновской эпохи, а не здешние тюфяки, и мастера клятвенно мне обещали, что исполнят всё в точности.
Если у них и впрямь получится, это будет самый лучший подарок. С такими пушками можно будет бить любого врага, хоть ливонцев, хоть немцев, хоть французов. Отлить тоже обещались к зиме, но не к Рождеству, а к началу Рождественского поста. Я в любом случае в это время буду уже далеко от Москвы.
Столицу мы покинули с первым снегом. Сотня стрельцов вышла пешим порядком, навьючив на себя пищали, бердыши и сабли, колонной по три. Шагали в ногу, отработав этот момент до автоматизма, позади тащился обоз со всем прочим необходимым барахлом. Удалось вместить всё на десять телег, практически налегке, и я считал это невероятной удачей, потому что у иных воевод обозы могли растянуться на несколько километров.
И я не удержался от того, чтобы не научить своих стрельцов строевой песне. Пели, разумеется, «Марусю», которая молчит и слёзы льёт, и горожане оборачивались на строй шагающих стрельцов и долго глядели вслед такой диковинке.
На войну все уходили с полной уверенностью в скором разгроме противника, точно как в прошлый раз, когда Ливония сдалась почти без боя, и лишь запрошенное перемирие спасло её от разгрома. И только я знал, что эта война может затянуться на долгие годы. Если всё пойдёт, как в прежней истории. Я ещё не успел настолько сильно повлиять на её ход.
Глава 21
Следующие дни и недели проходили под флагом удивительного однообразия. Я трясся в седле, стрельцы шагали по дороге, обозы тащились позади. В день удавалось проходить едва ли двадцать вёрст, от одного яма до другого, и если бы этой дорогой двигалась вся армия, мы проходили бы ещё меньше, но князь Курбский благоразумно назначил сбор в Пскове, и из Москвы все добирались в разное время и разными дорогами.
Ладно хоть передвигаться можно было по-человечески, днём, не скрываясь от вражеской авиации и не опасаясь внезапного прилёта по колонне. Даже походное охранение не выставляли, мы шли по своей территории, по русской земле.
Хотя уже сейчас не обошлось без жертв. Один из стрельцов натёр ноги плохо повязанными обмотками, из-за чего угодил в обозники под всеобщие насмешки, другой сожрал что-то не то и каждый полчаса бегал в придорожные кусты, после чего бегом догонял колонну, третий вообще на третий день путешествия понял, что мы идём воевать, и начал активно косить, прикидываясь больным. Тоже отправился в обоз.