— Пардон, мадам! Я был на сборах! Я член сборной СССР по боксу, готовимся к чемпионату Европы, вчера только приехал в Москву, — расшаркался я.

— Мадмуазель я! Клоун! Ладно, причина уважительная! Дуй в Гвинея Бисау, им там помочь чем-то надо, — озадачила меня Барбара Стрейзент. — Вот ты непонятливый! Выставка торговая у них тут, Сашка, дай план экспозиции ему.

В торговой лавке африканцев меня ждала улыбчивая, черная как ночь, девушка. Я помог подключить ей освещение, а мне в подарок дали «фиесту» ноль тридцать три и страшненькую куклу. Сувениры и изделия сделаны были своими руками. Хенд мэй, так сказать. На выставке работал фестивальный базар солидарности, где эту продукцию и продавали, а деньги пропивали. Шучу! Наверняка сдавали на общак! Блин, на доброе дело сдавали.

— Что это? — тыкнула пальцем Лена в куклу, выглядевшую убожески.

— Это кукла-вуду! Буду порчу на своих врагов наводить, — стал радостно врать я, ибо мне опять тут понравилось.

— О, дитя! Дай мне силы! Украл куклу? — строго спросила Лена.

— Это допрос? Попрошу адвоката! Почему сразу украл! Кукла сама ко мне пришла! — дурачусь я.

— Ну, Толя-я-я, — неожиданно просительно протянула Лена.

— Подарок! Гвианка заземление найти не могла, я всё сделал, получил куклу, — сдался я.

— А как ты с ней общался? — якобы между делом спросила девушка.

И я попал ногами в жир!

— Она на английском разговаривает и неплохо.

— А какие ты ещё языки знаешь? — опять невинный вопрос.

— Немецкий, ну и венгерский немного, в Венгрии был зимой, — решил похвастать я.

Дебил. Сейчас иду в венгерский торговый раздел, там тоже нелады какие-то, потом иду к немцам в ГДРовскую лавку, потом Ангола и Куба! До двенадцати управился, получив бонусом к приглашению в гости в гостиницу к симпатичной и длинноногой венгерке ещё и кучу мелких сувениров.

— Я в гостишку, потом у меня билет на открытие, — ставлю в известность Лену.

Та машет рукой, мол, вали. Она уже сообщила, что я не особо тут нужен и могу прийти утром, и вообще, у меня свободный график, хотя за что такая честь от ЦК ВЛКСМ она не знает. Я знал. Саныч помог, наверно, убедился, что мёд не липовый, а горбачевский, настоящий. Каламбурчик вышел.

В новой гостинице «Дружба» меня ожидало разочарование. Живу я не один, а с соседом, которого в данный момент нет. Сосед — неряха, его вещи раскиданы по номеру, в том числе и на обеих кроватях. И какая из них моя? Одно радует — санузел в наличии, без биде, зато с душем. К двум на открытие фестиваля я уже не успевал, да и не сильно хотелось ноги бить, пешком маршируя по Комсомольскому проспекту. Сразу поехал в Лужники. Вру, не сразу, пообедал в гостиничном ресторане, бесплатно. Оказывается, у нас завтрак и обед оплачены! На стадионе занял своё место, оно у меня обычное, зато не надо картинки живые делать. Люди тренировались, и сейчас синхронно поднимают разные картинки, меняя рисунок на трибуне. Красиво выходит. Появилась вся верхушка СССР во главе с Горбачёвым. Шеварднадзе, Лигачев, Громыко, Гришин. Ельцин! Им довольно активно похлопали, пионеры подарили цветы.