Вот он «ужас, летящий на крыльях ночи» — боевые повозки таборитов наводили дикий ужас на германских рыцарей, которые к своему несказанному удивлению убедились, что они теперь не «пуп земли»…
Глава 13
— Княже, похоже, что нашего силача Вяйко убили, эсты к лесу бегут обратно, а талабы с кнехтами сюда идут!
Бесстрастный голос Калью отвлек Лембиту, что не успел обрадоваться свержением рыцаря — очень уж удачно попал. Шипов отпрянул от амбразуры и посмотрел в сторону леса, где не столько проглядывалось, больше угадывалось шевеление какой-то черной массы.
— Твою мать, да сколько же их валит!
Лембит выругался, русская кровь снова взыграла, слишком велик был стресс от самого сражения. Этого следовало ожидать — две дюжины эстов не справятся с шестью десятками талабов, как бы они не были храбры. Более чем двойное превосходство в живой силе при равных составляющих, неизбежно приведет к победе — «количество» всегда победит, если нет преимущества в «качестве». Да и на правом фланге, где уже вовсю горела крыша дома, и затухало пламя на полностью сгоревшем сеновале, победы никак не наступало, но там хоть силы были примерно равны, хотя эсты напали на кнехтов и талабов с двух сторон. И помочь Тармо нечем — единственный десяток самых худших воинов, старики и еще мальчишки, выставили бороны, которыми перегородили дорогу, поставив еще сани, на которых их привезли.
— Псковичи от нас уходят, княже!
Действительно — десяток дружинников развернулся среди саней обоза крестоносного воинства, и неожиданно бросился наутек, в темноту. Лембиту чуть ли не взвыл от отчаяния — такого предательства от союзника он никак не ожидал. В голове пронеслась мысль, что русичи решили прекратить сражение и просто бросить союзника, чтобы спасти свои шкуры, и хотел выругаться в три загиба, только осекся — полдесятка конных крестоносцев пошли в атаку на оставшихся дружинников, которые, наконец, вырвались из окружения, правда, всего втроем — двоих свалили набежавшие толпой кнехты. Но что странно — эти русичи не стали удирать, они проскакали мимо «гуляй-города», но ни к дороге, а в обход. И тут Шипов все понял — воевода решил помочь эстам на левом фланге, конным ударом дружины опрокинуть плохо вооруженных союзников ордена, а затем, окончательно избавившись от угрозы удара в спину, уже напасть на кнехтов. А те побежали вслед за рыцарями, прямо на дощатые стенки неказистого, а потому ненадежного укрепления. Тоже верный ход — успеть истребить непонятного противника с его «полевой фортификацией», который несколько минут безнаказанно истреблял всадников и арбалетчиков, которых и так было немного, два десятка, а сейчас их численность серьезно поубавилась.