А вот новые арбалеты с прицелами всех удивили несказанно, особенно после того, как показали, как пользоваться целиком и мушкой. Хорошо, что новинки не сломали, зато тетивы чуть не порвали, многократно заряжая оружие и стреляя под светом факелов, которые установили у подножия щитов. Попадания пошли намного чаще, в сравнении с принесенными арбалетами старых образцов, это стало более чем наглядно. Так что полезность прицела и приклада была князем одобрена. Как и необходимость единого образца, по которому в Пскове начнут изготовление арбалетов в серьезных количествах — за это Владимир Мстиславович ручался.
Затем князья ушли обратно в хоромы, и только после очередной чарки «коктейля» Лембиту решился рассказать о Калке, и от его горестного повествования Владимир Мстиславович протрезвел моментально. А когда узнал, что через пятнадцать лет от северо-восточной Руси не останется камня на камне после «Батыева нашествия», почернел лицом…
— Не поведу я рать на Ригу, Лембиту — на Калку отправлюсь, там я нужнее брату, без меня ему никак не обойтись. Нынче же гонца с грамотой отправлю, до Киева живо домчит. И сам на днях с дружиной отправлюсь из Пскова — там я нужнее. Так говоришь, предводителей зовут Субудай-багатур и Джебе-нойон, и они темники в войске Чингисхана?
— Именно так, Володя, я ничего не запамятовал. И все что знаю, здесь описал, на трех листах пергамента — дашь брату Мстиславу прочитать, если сочтешь нужным, он к тебе прислушивается, и с мнением считается. А еще подзорную трубу отдам — в степи она нужнее. Пусть Мстиславу послужит…
— Так он «Удатным» стал потому, что моими доводами никогда не пренебрегал, на той же Липице. Ах, почему же я на Калке не был⁈ Понимаю, что хотел на Ригу идти, вот только весть горестная пришла, и меня тут затерли. Поди, из Пскова «господа» попросила по-доброму уйти, чтобы для ставленника Всеволодовичей «стол» освободить. Ведь так⁈
Лембит только кивнул, усмехнулся, показывая, что произошло это событие и догадка князя верна. И негромко произнес:
— Мыслю, потому поход сорвался, и Юрьев тевтонам отдали. И ты в свой Ржев именно потому уехал, что смоленских князей позиции после Калки на Руси сильно пошатнулись. И усобица жестокая началась — сам знаешь, что после монгольского пира на костях русских князей много «столов» освободилось, а Рюриковичей гораздо больше, чем вакансий. Так что когда монголы явятся, тут полный раздрай будет, они-то всех и «помирят» — князей много в ту зиму погибнет, страна трупами завалена будет, а часть городов от такого погрома никогда не восстановится.