Перед глазами вспыхнул зал Ковена, тонущий в багровых сумерках.
В центре круга стояла мать. Она казалась неестественно спокойной, пока вокруг неё метались в панике верховные ведьмы. Я помнила, как воздух вокруг матери начал превращаться в непроницаемую завесу, которая не поглощала свет, а просто отталкивала его, заставляя магию огибать её фигуру.
— Она не просто твоя дочь, — сорвалась на крик одна из старух, указывая на меня, скованную заклятием. — В ней течёт то, что должно принадлежать лишь Бездне! Ты породила проклятие, которое выжжет саму суть жизни!
Видение погасло так же быстро, как и появилось.
— Архижнец не доверил бы тебя никому другому. Мой отряд — это те, кто выживет там, где падут армии. А я... я один из немногих, кто сможет остановить тебя, если ты начнёшь выжигать живых вместо мёртвых. И мой Бог лишь подтвердил это решение, связав нас. Посмотрим, что из этого выйдет.
Я уловила его стальную решимость. Это было не оскорбление, а признание факта. Он был моим хранителем и моим палачом в одном лице. Жнецы боялись ведьмы. Так же, как люди боялись нас в моё время.
Каин развернулся и направился обратно к двери.
Глава 9. Каин
Совет Жнецов собрался в Малом зале — месте, куда редко допускали посторонних. Здесь не было пафоса, только массивный каменный стол, на котором лежала огромная карта континента, и присутствие тех, кто держал в руках остатки человеческой цивилизации.
Я стоял перед Эвелин. Её напряжение ощущалось как натянутая до звона тетива. Она смотрела на Архижнеца и командиров отрядов, стараясь не выказывать страха, но её пальцы, вцепившиеся в край рубахи, выдавали её с головой.
— Мы находимся здесь, — я указал на мерцающую на свету точку на карте. — Храм Этернис. Мы почти на самой границе с Асадалем.
Эвелин шагнула к столу, и её взгляд заметался по очертаниям земель. Она нахмурилась, узнавая родные края, но масштаб разрушений, отмеченных на пергаменте, заставил её мелко дрожать.
— Много ли ещё таких мест? — тихо спросила она, не поднимая глаз.
— Действующих — всего три, — ответил я, и мой голос прозвучал глухо. — Этернис — самый крупный. Есть ещё один малый Храм на севере, в ледниках Ориона, и один на южном побережье Велерии.
Эвелин сглотнула.
— Вот здесь, — она коснулась трёх точек в глубине Мирадана, — были крупнейшие Хранилища нашего Ковена. Там огромные библиотеки...
— Эти земли мертвы, Ведьма, — сухо перебил её Себастьян — гостящий старейшина Храма Велерии. — Там больше нет людей, как и на западе. Только выжженные поля и пустоши, где магия Разлома выедает лёгкие за часы.