Нет, не попал, — понял я, когда ответная стрела высекла каменную крошку прямо перед моим лицом.

— Вперед! — скомандовал капитан и первым выскочил из укрытия. Я выскочил следом, чувствуя себя Александром Матросовым перед вражеским дзотом. Несколько секунд растянулись в бесконечность. Я бежал, мечась из стороны в сторону. До цели оставалось еще метров двадцать, когда сообразил, что бегу в одиночестве. Капитана нигде не было. Куда он делся, может, споткнулся и упал? Рассуждать некогда, старатель поднялся из-за камня и водил арбалетом туда-сюда, пытаясь в меня прицелиться.

Мне казалось, злое острие наконечника стрелы движется за мной, как привязанное. Сейчас будет выстрел, и пущенная в упор, она пробьет меня насквозь. Лицо стрелка было каким-то странным, лишь секунду спустя я понял, что он разевает рот, явно пытаясь кричать. Только получалось, это у него не лучше, чем у рыбы, вытащенной на берег. Ощущение, словно выключили звук в телевизоре. Ничего не понимая, я бросился вправо, потом влево, потом споткнулся и упал. А когда вскочил, то стрелка уже не было. На том месте, где он только что стоял, ухмылялся во всю рожу капитан Эд.

— Молодцом, сударь Мак, славно бегаете!

Стрелок обнаружился тут же, в луже собственной крови. Он лежал у ног капитана, и дергался в судорогах, а тот деловито обтирал об его одежду свой тесак. Арбалет валялся рядом. Он был заряжен — старатель так и не успел нажать на спусковую скобу.

— Куда вы исчезли? Я вас не видел…

— Потому и не видел, — капитан показал какую-то финтифлюшку, висящую у него на шее, на тонкой ленточке, — амулет маскировки, делает носителя малозаметным. Ненадолго, правда… но шагов двадцать-тридцать пробежать успеваешь.

— Мне казалось, он пытался кричать, — поделился я наблюдением, — только ничего не слышно было… словно уши заложило.

— Это не уши заложило, — сообщил капитан, выдергивая стрелу из спины первого старателя, наконечник при этом остался в ране. — Вот, — сказал он, демонстрируя окровавленный черенок с черным оперением, — магия крови, «полог молчания», такими стрелами удобно часовых снимать.

— То есть, вы хотите сказать, он кричал, но этот ваш… полог молчания?..

— Ну да, наконечник пьет кровь и запускает заклятие. Я ж говорю — магия крови.

На этот раз меня не тошнило. Я был зол. Я, в который раз побывал в двух шагах от смерти. Только в этот раз, по милости того, кому уже начал доверять. Это же надо, так подставить товарища! И главное, для чего? Часовой не мог подать сигнал, капитан был невидим, так какого хрена, спрашивается, я бежал как идиот, рискуя схлопотать стрелу? Не подвернись на шатком камне нога, и не упади я, вполне мог составить компанию троим старателям. Эх, дать бы тебе капитан по ухмыляющейся роже!