— Я пытаюсь оставить вас вне этого. — Он произносит это уже без командного нажима.
— Вы уже оставили вне этого нашу семью. Нам не показали тело, не объяснили, где он был, и не ответили ни на одно письмо. Вчера мама держала пустую урну. Сегодня я нашла одежду, которую сняли с живого человека.
Я достаю жетон и кладу его на незаконченный пропуск.
— Я не уйду, пока вы не покажете мне, кто получил паёк Рена.
Холодная учтивость исчезает. Я мешаю ему вытолкнуть меня. Он закрывает путь к Рену.
— Тогда совет обвинит вас в проникновении, использовании военного жетона и присвоении статуса кадета. Ваша мать останется одна, пока вы будете ждать суда.
Он знает, куда ударить. Я вижу маму у окна, но Рен уже доверился Кайдену и дождался пустого гроба.
— Если вы хотите меня спасти, найдите другой довод. Мать останется одна и в том случае, если я позволю вам похоронить её сына второй раз.
Кайден закрывает пропуск и убирает под кристалл.
— До рассвета останетесь в комнате Рена. Я подниму ведомости лечебного крыла и проверю склад. Никуда не ходите и никому не показывайте лицо. Если совет вызовет вас раньше, молчите до моего появления. — Кайден следит за моей реакцией, понимая, что одного звания мне мало.
— Вы всё ещё приказываете мне ждать.
Он слышит собственный тон и хмурится. В академии под его рукой сотни людей, но моё имя он не доверяет ни одному.
— Да. Потому что сейчас некому поручить вашу охрану и быть уверенным, что вас приведут ко мне, а не в совет.
Я не верю ему, но перестаю тянуться к замку.
Снаружи раздаётся глухой удар.
Стёкла дрожат. На карте звякают металлические булавки. Звук приходит издалека, через каменные переходы, и всё же я ощущаю его подошвами.
Кайден вскидывает голову. Усталость исчезает с его лица.
Второй удар сильнее. Под рубахой вспыхивает жар. Я вытаскиваю жетон Рена; металл обжигает пальцы, выгравированный номер светится белым.
Кайден обходит стол и останавливается рядом, не касаясь меня.
— Откуда идёт звук? — спрашиваю я, сжимая жетон краем рукава.
Он смотрит на северную стену кабинета. За ней, через два двора и крытую галерею, темнеет отдельный корпус без огней.
— Из старого оружейного хранилища, — произносит Кайден. — Оно запечатано три недели.
Третий удар сотрясает академию, и жетон Рена в моей ладони становится почти белым.
Глава 4. Рукоять без клинка
Свет собирается у края жетона, вытягивается стрелкой и указывает сквозь северную стену. Кайден смотрит на жетон так, будто тот нарушил приказ.
— Вы знали, что он умеет так делать? — спрашиваю я.
— Нет. И Рен не знал, иначе рассказал бы.