— Поэтому вы велели не освобождать Рена одной, — говорю я. Кайден отвечает, что Рен и он заперты разными версиями одного замка. Оба контура построены так, чтобы попытка вырвать человека убила носителя и сохранила ключ для Сердца хотя бы на несколько минут.
Признание ничего не возвращает. Рен всё ещё лежит в угольной кладовой со связанными руками, а за запечатанной решёткой люди ждут церемонии. Кайден не отдавал брата Севре и всё равно дал ей время его забрать; спасал города чужой силой и годами пытался исправить первое молчание новым расследованием. Через три дня Севра откроет Сердце, используя Рена или источник Кайдена. Мне нужен тот, кто знает старую схему и может удержать её на себе.
Я заставляю Кайдена лечь на пол, прижать ладонь к собственному источнику и считать удары сердца вслух. На четвёртом ударе ввожу клинок в белую жилу. Лёд взрывается по стене, цепь натягивается, Кайден сбивается со счёта и всё-таки удерживает поток внутри. Я режу второй раз, уже по трещине, и браслет раскрывается.
Он не встаёт сразу. Лежит, тяжело дыша, пока магия ищет привычный путь и не находит. Потом протягивает мне руку, но я не беру её — подсовываю плечо и помогаю подняться так, чтобы не задеть рану. — Я освобождаю вас ради Рена и Сердца. Доверия между нами сейчас нет.
Кайден принимает это без возражений. Мы выходим через бельевую шахту, когда над академией звенит учебный колокол. Звук обрывается на середине, сменяется низким гулом. Серебряная нить в занавеске у окна вспыхивает, хотя это обычная ткань из складских запасов.
Из соседнего учебного крыла доносится первый крик. Потом второй. За мутным стеклом я вижу, как кадеты вскакивают из-за парт, хватаются за воротники и падают на пол. Серебряные швы в их форме светятся от шеи до запястий, вытягивая магию прямо через ткань.
Севра больше не ждёт церемонии. Она запускает Белый резерв во время занятий.
Глава 19. Первый курс запирают
Серебряный свет пробегает по воротникам кадетов быстрее, чем я успеваю открыть дверь учебного крыла. За стеклом один из мальчишек падает между партами, цепляясь за чужую скамью, и следом гаснут сразу три настенных светильника. Магия уходит из комнаты в стены. Белые жилы под штукатуркой набухают, будто корпус внезапно оброс сосудами.
Кайден наваливается плечом на дверь. После снятого браслета его источник то проваливается, то выбрасывает холод; вокруг ладони мгновенно белеет металл, однако замок не поддаётся. Из переговорной пластины над косяком звучит голос Хольта: первый курс остаётся в комнатах до особого распоряжения, форму снимать запрещено, попытка покинуть корпус будет считаться диверсией против щита.