Прострелы, сука, скоро будут у него в его халате. Зыркаю исподлобья, а ему хоть бы хны. Бессмертный. Обычно моих габаритов хватает для убеждения любого оппонента. Иногда даже слов не нужно. А этот очкарик сидит, смотрит на меня, будто он тут кузнец, а я — блоха на меху.
— Встаньте и поднимите футболку.
Вздыхаю так тяжко, что сквозняк поднимается. Встаю во весь свой исполинский рост, скрежеща зубами. Может, предложить ему бабла за липовый диагноз? Чтобы матушка успокоилась.
Стою голым торсом вперед. Он мне по плечо, но держит осанку орла, разглядывающего просроченную тушку цыпленка.
— Спиной!
Бля. Разворачиваюсь. Глубокий вдох. Пытаюсь дышать ровно, считая секунды. Раз Миссисипи, два Миссисипи… на пятой секунде хочется лечь и больше не вставать.
— Все понятно. ИБС. Нужно дополнительное обследование.
— Это чё такое?
— Ишемическая болезнь сердца. Выпишу направление…
Доктор начинает печатать, цокая клавишами. А я думаю только об одном: это не ИБС. Это просто, заебись, неудачная шутка организма.
Вечером Витек должен привезти эскизы забора. Пятнадцать метров художественного чугунного литья для одного блогера-мажора. На мне ковка, на Витьке дизайн, на Сереге кэш. И кэш там такой, что ради него стоит потерпеть пару инфарктов.
И сегодня, раз пошла такая маза, я выпью. Залакирую стресс. А завтра начну глотать таблетки по рецепту. Потому что подохнуть я точно не хочу. Мне тут ковать — не перековать ближайшие месяцы. Заказы стоят в очереди, деньги любят живых.
Выхожу из кабинета, чуть не снеся плечом стенд с брошюрами про холестерин. Коридорная бабулька уже тянет руки к двери, как зомби к мозгу. Подлетаю, придерживаю ее за сухой локоть, второй рукой распахиваю створку. Пропускаю внутрь. Рыцарь, блядь, печального образа.
Старушка с интересом разглядывает мои наколки на рельефах. Что, бабуль, прозрела?
Скалюсь своей тупой шутке, а у самого внутри екает. Провалиться бы под кафель. Нет, только не они. Не ебучие сантименты. Сразу вспомнил слова матери: «Состаришься, Коленька, дураком-бобылем, кому ты нужен будешь?»
Потому что жениться надо вовремя. Детей рожать вовремя. А я трусь по барам, пока печень пишет заявление об увольнении.
Сука. Сдергиваю бахилы, топаю к выходу. Солнце высоко в зените, плавит асфальт. Ветровку держу в руках. За спиной слышу сдавленный шепот незнакомых девчонок. Нашли место для съема. Глазками стреляют.
Я мрачно сплёвываю на плитку и закуриваю первую сигарету за три часа. Легкие благодарят спазмом.
2
Диско-бар «Молодость» стреляет названием не в бровь, а в глаз. Да, Витек, сука издевается. Ну ничего. Твой час еще настанет.