Да пошел ты. Этот анатомический эталон дефицита массы тела может рассчитывать на успех разве что в абсолютно черной комнате, и то при условии, если у партнерши откажут все органы чувств.
Пока ждем заказ, набрасываем план ковки на салфетке. Курим. Ждем Серегу.
У того недавно дочка родилась, теперь он привязанный зомби — спит стоя, говорит тихо и только цитатами доктора Комаровского.
Официантка материализуется из дыма. Ставит между нами деревянную доску. На ней — ряд граненых стопок, похожих на патроны, и пепельница.
Я беру первую. Стекло холодное, пальцы чуть подрагивают.
— За удачу. Чтоб забор стрельнул выше звезд.
Опрокидываю шот. Огненная вода выжигает путь вниз. Втягиваю яблочный дым, пытаясь перебить привкус валидола.
Под левым ребром вдруг простреливает каленым железом. Так, что дыхание спирает мертвой петлей. Легкие отказываются работать.
Я хватаю ртом воздух, но глотаю пустоту. Пальцы соскальзывают со стола. Мир медленно заваливается на левый бок. Плечо глухо ударяется о кирпичную кладку. Звук далекий, подводный.
Глаза закатываются. Звуки дискотеки выключаются одним щелчком. Остается только гул в ушах. Последнее, что фиксирует угасающее сознание — Витек. Он соскакивает, сшибая кальян. Его рот открывается в беззвучном крике. Он трясет меня за грудки, но я уже не чувствую рук.
Тьма окутывает густым мазутом. Гравитация исчезает. Я проваливаюсь в карамель небытия. Медленно, безжалостно и неотвратимо.
3
Сознание возвращается не вспышкой, оно вытекает сквозь поры, словно со дна глубокого бассейна. Тело еще не слушается, дышу мелко, заглатывая воздух короткими порциями, как выброшенная на берег рыба.
Заебись. Живой.
Слышу, как где-то недалеко заискивающим голосом щебечет какая-то пташка. Но монолог мне ее, сука, ой как не нравится.
Я замираю, вжимая затылок в подушку. Прислушиваюсь.
— Да, господин, Палач мертв. Яд сделал свое дело. Теперь мы вольны пополнить гнездо.
Что, блядь, здесь происходит⁈ Я что, в ебучий БДСМ-клуб попал⁈
Странная тёлка зашелестела одеждами. Звук противный, шуршащий, как сухие листья под сапогом. Она подошла к кровати, наклонилась.
Что-то острое, словно тонкая сталь или игла ткнулось мне под ребра. Я даже не дернулся. То ли от шока, то ли потому, что мышцы просто отказались подчиняться команде мозга. Она отошла. По правому боку заструилось теплое. Вязкое. Тягучее.
Господи, эта ненормальная меня реально проткнула!
Я приоткрыл левый глаз.
Грузная баба в латексе, похожая на оживший ночной кошмар фитнес-зала, пружинисто, почти беззвучно сиганула в открытое окно. Просто растворилась во тьме, будто её и не было.