Тьфу, ты!
Красивый, лет тридцати, с зелёными, как луговая трава, глазами, Владислав вызывал желание слушать и поклоняться. Не бояться его, а любить.
Еще раз, тьфу!
Он неспешно подошёл ко мне, опустился на колено и поднял портсигар.
— Знаешь, — его голос терзал мой измученный разум, вызывая приступы мигрени, — это подарок моего сына, которого ты хладнокровно лишил жизни.
Я сопротивлялся вторжению из всех сил. Кровь пошла носом.
— Кровь за кровь.
Владислав вынул из нагрудного кармана белоснежный платок и промокнул мой нос и подбородок. Поднёс платок к губам и слизнул алые капли.
— М-м-м… попаданец. Как я и думал. Мальчики, поднимите его!
28
Мальчики не успели протянуть ко мне руки, как лишились пальцев, а потом и своих никчёмных жизней. Я на максимальной скорости вынул ножи, резанул в рваном прыжке по рукам, а потом всадил по ножу с красивой гравировкой — одному в правый, другому в левый глаз.
Секунда на осознание. Ба‑бах!
Их черепушки хлопнули со звуком надутого пакета, вязкая жижа потекла по некогда накрахмаленным воротничкам.
Два тела постояли ещё пару секунд и рухнули друг на друга в какой‑то иксообразной позе, раскидав руки и ноги в стороны. Пальчики с чёрным маникюром лежали рядом — где чьи, непонятно.
От моих кульбитов даже папочка обалдел. Этот выебистый Тарас Бульба не думал, что останется со мной один на один.
«А что ты хотел, дорогой? Я за честный махач».
Владик явно обиделся. Одним ударом ноги он сломал мне, наверное, ребра три‑четыре и отправил в дальний угол. Моё тело, словно мокрая швабра, прокатилось пузом до ближайшего ящика с коктейлями и тормознулось сломанными пальцами левой руки о жёсткий край.
Боль выжгла нутро мгновенно. Тело конвульсивно дёрнулось, зато разум отпустило от вампирского морока.
«Ах ты хрен ебучий! Решил мне мозги трахнуть? Выкуси, кровосос!»
Дрожащей рукой я выудил коктейль «Молотова» из ящика. Повернулся на спину, попытался вздохнуть.
Воздух не проходил — я открывал рот, как рыба, постепенно теряя ориентир из‑за чёрных мошек в глазах. Бронежилет от удара промяло: он стальной изломанной хваткой вжался в рёбра. Ещё минут десять — пятнадцать и я задохнусь.
Владислав подошёл ко мне, взял за горло и поднял, словно котёнка за холку.
Я аж на минуту завис от такой древней силы. Болтал ногами, как сломанная кукла, пытаясь сообразить, что делать дальше.
А что делать? Да ничего. Всё. Конец фильма.
Вампир выпустил клыки, втянул возле меня воздух и крепче сжал. Я начал сваливаться в темноту, отчаянно пытаясь разбить стальную хватку.
Послышался характерный хруст позвонков. «Бля, больно‑то как!»