Глава 23
Лиля
Я захлопываю дверь своей комнаты и прислоняюсь к ней спиной. Грудь все еще тяжело вздымается, но дышать вдруг становится удивительно легко. Словно я скинула с плеч бетонную плиту.
Я закрываю глаза и запрокидываю голову, вслушиваясь в тишину дома.
Там, на кухне, все еще плачет мать. Пусть плачет.
Эти звуки больше не вызывают во мне привычного раздражения пополам с фальшивым сочувствием.
Я улыбаюсь. Сначала робко, одними губами, а затем чувствую, как губы растягиваются в широком, почти зверином оскале. Я наконец-то все ей высказала.
Подхожу к зеркалу. Оттуда на меня смотрит не забитая младшая сестра, вечно живущая в тени Марины, а бодрая и яркая женщина.
Смотрю на глаза блестящие лихорадочным, злым огнем, на румянец на щеках и понимаю, что больше я не буду пресмыкаться.
Резкая трель телефона вспарывает тишину спальни, заставляя меня вздрогнуть. На экране высвечивается имя: Сергей.
Желудок по привычке сжимается в ледяной комок.
Рефлекс срабатывает быстрее, чем новая, дерзкая я успевает его подавить. Я смахиваю зеленую кнопку.
— Да? — мой голос звучит тише, чем хотелось бы.
— Лиля, слушай внимательно, — его тон ледяной, рубленый, не терпящий возражений.
Он даже не вспоминает о том, как унизил меня полчаса назад. Я для него — просто удобный инструмент.
— Мать сейчас в истерике. Проследи за ней. Запри ее в доме, напои снотворным, делай что хочешь, но не пускай ее к отцу. Ему сейчас нельзя волноваться, а она со своими воплями о Марине его доканает. Поняла меня? Ни на шаг ее не отпускай от себя.
— Да, Сережа. Конечно, я все сделаю, не волнуйся, — слова вылетают изо рта на автомате. Жалкое, привычное блеяние.
— Отлично. Хоть какая-то от тебя польза, — бросает он и отключается.
Короткие гудки бьют по нервам.
Я медленно опускаю телефон. «Хоть какая-то польза».
Внутри снова вспыхивает ярость, но теперь она другая — холодная, расчетливая, и острая.
С какой стати?
С какой стати он смеет мне приказывать?
Сначала пинает меня, как собаку, а теперь делает из меня тюремщика для собственной матери?
Я для него цепной пес, которому можно кинуть кость в виде сомнительного поручения?
Мои пальцы до хруста сжимают телефон.
«Конечно, Сережа, все сделаю», — передразниваю я саму себя злым шепотом.
Ну уж нет. Хватит. Вы все так долго считали меня пешкой на вашей доске, что даже не заметили, как я дошла до края и стала королевой.
Сергей не хочет, чтобы мать видела отца? Значит, ему есть что скрывать. Значит, ее появление спутает ему все карты.
Швыряю телефон на кровать и усмехаюсь. Я не буду выполнять твой приказ, Сережа. Я сделаю все в точности наоборот.