На следующее утро — новые учения.

На этот раз — дневной штурм, с полной артиллерийской поддержкой. Сергей снова стоял на командном пункте, наблюдая.

Гаубицы били по ДОТу прямой наводкой — методично, снаряд за снарядом. Бетон крошился, трещины ползли по стенам. Но амбразуры — по-прежнему целы.

Штурмовая группа выдвинулась под прикрытием огня. Перебежками, от воронки к воронке. Потери — меньше, чем вчера: артиллерия подавляла пулемёты, не давала гарнизону высунуться.

Сапёры добрались до проволоки. Новая тактика — не резать, а подрывать. Удлинённый заряд — труба, набитая взрывчаткой — полетел в проволочное заграждение. Взрыв, и проход готов.

— Успели сделать опытную партию, — сказал Карбышев с удовлетворением. — Работает.

Штурмовая группа ворвалась в проход. Огнемёты, гранаты, автоматный огонь. Три минуты — и ДОТ подавлен.

Потери — четверо из двадцати. Двадцать процентов.

Лучше. Но всё ещё много.

— Ещё раз, — сказал Сергей. — И ещё. Пока не доведём до десяти процентов.

Фёдоров козырнул.

— Слушаюсь.

К вечеру третьего дня — результат: двенадцать процентов условных потерь. Не десять, но близко.

Сергей собрал командиров на итоговое совещание.

— Что поняли за эти дни?

Отвечал Карбышев:

— Без артиллерии — никуда. Штурм укреплений начинается с огневого поражения. Пока ДОТ не подавлен — пехоту посылать нельзя. Артиллерия, сапёры, штурмовые группы должны работать как единый механизм. Для этого нужна связь. А ещё — специальное оборудование: удлинённые заряды, бетонобойные снаряды, огнемёты, дымовые шашки. Всё это нужно в количествах — не десятки, а тысячи единиц.

Он помедлил.

— И люди. Подготовленные, обученные. Штурм укреплений — не для обычной пехоты. Нужны специальные части — штурмовые батальоны, сапёрные бригады. Их надо формировать уже сейчас.

Сергей кивнул.

— Формируйте. Три штурмовых батальона — к осени. Ещё три — к весне. Полигон работает круглый год, учения — каждую неделю. Пока каждый боец не будет знать своё дело во сне.

— Слушаюсь.

— И ещё. Всё, что здесь отработали — в методички, в учебные пособия. Каждый командир стрелкового полка должен знать, как штурмовать укрепления.

Он встал, прошёлся вдоль стола.

— Товарищи, я скажу прямо. Через полтора года нам придётся прорывать линию Маннергейма. Шестьдесят ДОТов, сотни малых огневых точек, километры проволоки и минных полей. Если не подготовимся — положим там армию. Если подготовимся — прорвём за недели, а не за месяцы.

Он обвёл взглядом лица командиров — серьёзные, сосредоточенные.

— Работайте.

Обратный путь в Москву — самолётом, четыре часа над лесами и озёрами.