— Почему скромные?

— Ресурсы, товарищ Сталин. Людей не хватает, оборудования, транспорта. Приоритет — добыча. План нужно выполнять.

— План — это хорошо. Но что будем добывать через десять лет, когда нынешние месторождения истощатся?

Никишов молчал. Ответа у него не было.

— Вот что, товарищ Никишов, — продолжил Сергей. — Геологоразведку нужно усиливать. Не за счёт добычи — дополнительно. Кадры, техника, финансирование — найдём. Ваше дело — организовать работу.

— Слушаюсь, товарищ Сталин.

— И ещё. Нужны новые методы. Геохимия, геофизика. Не только кайло и лоток — приборы, анализы. Понимаете?

— Понимаю, товарищ Сталин. Но специалистов таких мало…

— Значит, готовить. Открывать курсы, приглашать учёных. Академия наук должна помочь — я распоряжусь.

Никишов кивал, записывал. Он был хорошим исполнителем — но не больше. Инициативы от него ждать не приходилось.

— И последнее, — сказал Сергей. — Условия для геологов. Зарплата, снабжение, жильё. Люди должны хотеть работать в геологоразведке. Не по принуждению — добровольно. Понятно?

— Понятно, товарищ Сталин.

— Через месяц жду доклад. С конкретными предложениями.

— Слушаюсь.

* * *

После ухода Никишова Сергей снова склонился над картой.

Огромная страна. Шестая часть суши. И большая часть — неисследована толком. Тайга, тундра, пустыни, горы. Где-то там — богатства, о которых ещё никто не знает. Нефть, газ, уголь, металлы. Золото.

В его истории многое открыли случайно. Геолог споткнулся о камень — оказалось, алмазы. Охотник нашёл странную породу — оказалось, уран. Случайности, везение.

А если знать заранее? Если направить людей в нужные места?

Это было нечестно, конечно. Использовать знание будущего. Но что такое «честно» в подготовке к войне, которая унесёт миллионы жизней? Если золото Мурунтау и Сухого Лога поможет спасти хотя бы часть этих миллионов — стоит ли думать о честности?

Сергей встал, прошёлся по кабинету.

За окном — ноябрьская Москва. Серое небо, голые деревья, редкие прохожие в тёмных пальто. Мирный город. Пока — мирный.

Два с половиной года до войны. Девятьсот с чем-то дней.

Золото не выиграет войну само по себе. Но оно поможет купить станки, которые выпустят танки. Поможет оплатить технологии, которые сделают самолёты лучше. Поможет накормить армию, одеть, вооружить.

Каждая тонна золота — это жизни. Спасённые или потерянные — зависит от того, как распорядиться.

* * *

Вечером — ещё один разговор. С Берией.

— Лаврентий, что у нас по Средней Азии? По линии разведки.

Берия достал блокнот — он всегда носил блокнот, всегда был готов к любому вопросу.