— Результаты?

Борисов откашлялся. Было видно, что ему неловко говорить правду, но врать он не собирался.

— Немецкая станция превосходит нашу по всем основным параметрам.

— Конкретнее.

— Дальность устойчивой связи: Fu 5 — до шести километров на ходу, до десяти на стоянке. Наша 71-ТК — три-четыре километра на ходу, шесть-семь на стоянке. При этом немецкая станция легче на четыре килограмма и компактнее на треть.

— Почему?

— Несколько причин, товарищ Сталин. — Борисов подошёл к столу, указал на немецкую рацию. — Первое — радиолампы. У немцев — специальные пальчиковые лампы, разработанные для военного применения. Компактные, экономичные, с малым энергопотреблением. У нас — стандартные лампы гражданского производства, адаптированные для армии. Больше по размеру, потребляют больше тока, греются сильнее.

Он открыл корпус Fu 5, показал внутренности.

— Второе — монтаж. Смотрите: все соединения — на стандартных разъёмах. Если лампа сгорела — замена за две минуты. Вытащил, вставил новую. У нас — пайка. Чтобы заменить лампу в поле, нужен паяльник, канифоль, время и квалификация. В бою — невозможно.

— Дальше.

— Третье — экранирование. Немцы закрыли все узлы металлическими экранами. Помехи от двигателя танка практически не влияют на приём. У нас — экранирование частичное. Когда танк заводит мотор, в наушниках — треск и шум. Иногда — говорить невозможно.

Сергей слушал, кивал. Всё это он знал — из будущего, из книг, из воспоминаний. Но одно дело — знать абстрактно. Другое — видеть своими глазами, слышать от специалиста.

— Что ещё?

— Четвёртое — настройка. У Fu 5 — кварцевая стабилизация частоты. Станция держит волну, не плывёт. У нашей — ручная подстройка. В движении волна уходит, приходится постоянно подкручивать. Это требует квалификации радиста и отвлекает от боя.

— А кварцы у нас есть?

Борисов замялся.

— Есть, товарищ Сталин. Но мало. Производство кварцевых резонаторов — узкое место. Делаем на одном заводе, мощности ограничены. На все рации не хватает.

Сергей отошёл от стола, прошёлся по кабинету. Филин и майор молча следили за ним.

— Товарищ Борисов, — сказал он, остановившись у окна. — Вот вы — инженер, специалист. Скажите прямо: можем мы делать рации как немцы? Не хуже?

Пауза. Борисов снял очки, протёр стёкла полой пиджака.

— Можем, товарищ Сталин. Технически — ничего невозможного нет. Немцы не волшебники. Но нужно время и ресурсы.

— Сколько времени?

— Два года на разработку новой станции. Год — на подготовку производства. Итого — три года до серийного выпуска.

— Три года, — повторил Сергей. — Долго.