— Реальные преступления?

— Реальных — нет. Политические статьи.

Ворошилов заёрзал на стуле. Он понимал, к чему идёт разговор, и ему это не нравилось.

— Товарищ Сталин, эти люди осуждены…

— Эти люди — специалисты, — отрезал Сергей. — Единственные в стране, кто умеет воевать на финской границе. Мы их посадили — и остались без кадров. Это называется глупость.

Пауза. Никто не решался возразить.

— Вот что будет сделано. — Сергей сел за стол. — Первое. НКВД пересмотрит дела всех осуждённых из Карельской бригады. Те, у кого нет реальных преступлений — освободить и реабилитировать.

— Всех? — уточнил Берия.

— Всех, кто годен к службе. Остальных — освободить и отпустить домой.

— Слушаюсь.

— Второе. На базе Мурманского лыжного батальона создать Отдельную егерскую бригаду специального назначения. Не национальную — профессиональную. Набирать из карелов, финнов, коми, саамов — всех, кто знает Север. Но и русских брать, если подходят.

— Численность? — спросил Шапошников.

— На первом этапе — две тысячи человек. Два батальона егерей, батальон лыжников-разведчиков, подразделения обеспечения. Дислокация — Петрозаводск.

— Командир?

— Из освобождённых. Если найдётся подходящий. Если нет — капитан Мякинен, временно.

Хрулёв поднял руку.

— Товарищ Сталин, по обмундированию. Новая зимняя форма — её хватит на бригаду?

— Сколько комплектов готово?

— К маю будет восемь тысяч. Из них две тысячи — улучшенные, с учётом испытаний в Мурманске.

— Направьте в бригаду. И — добавьте маскхалаты, лыжное снаряжение, всё, что нужно для действий зимой. Список — от Мякинена.

— Слушаюсь.

Сергей обвёл взглядом присутствующих.

— Вопросы?

Поднялся Мерецков — командующий ЛенВО, на чьей территории будет дислоцирована бригада.

— Товарищ Сталин, бригада будет подчиняться округу?

— Нет. Напрямую — Наркомату обороны. Это — резерв главного командования. Для специальных задач.

Мерецков кивнул, сел.

— Ещё вопросы?

Молчание.

— Тогда — последнее. Это — не обычная часть. Это — эксперимент. Новая тактика, новая подготовка, новое мышление. Если получится — будем создавать такие подразделения в других округах. Если нет — будем думать, что делать дальше. Но я хочу, чтобы через год — к весне тридцать девятого — бригада была готова к бою. Полностью готова. Вопросы?

Вопросов не было.

— Тогда — работайте.

30 апреля 1938 года, 14:00. Петрозаводск

Тойво Антикайнен вышел за ворота лагеря в полдень.

Три года. Три года бараков, нар, баланды. Три года допросов, карцеров, унижений. Три года — за то, что был финном, служил в Карельской бригаде, знал «буржуазных националистов».