Высокая. Волосы сильные, светлые, не секущиеся, без перхоти. Ногтевые пластины на пальцах рук правильной формы, не слоятся, крепкие. Ноги ровные, не «ковалерийские», косолапия не заметно. Кожа чистая, со здоровым загаром. Глаза чистые, яркие, без мутности и поволоки. Магическое восприятие тоже сколько-нибудь серьёзных очагов скопления Энергии Смерти в её теле не выявляло.
— Хм, идеально для будущей Матери Короля… — проговорил свою мысль в слух я. Чем поверг в замешательство и саму «будущую мать», и её товарок, что продолжали стоять возле двери.
— Г-господин, у вас глаза светятся… — неуверенно проговорила она, чуть-чуть, на полшага отступая назад.
— Пошли со мной, — велел я ей и бросил какую-то монетку. Какую-то… золотую, какую же ещё? У меня, с недавнего времени, других не водится. Не успело ещё завестись. Хотя, конечно, если специально поискать, покопаться, то можно и другие найти — всё ж, на рынке и в магазинах сдачу мне какую-то давали. Но это, если искать. Я ж кинул первую, что попалась.
— Я… — расширившимися от изумления глазами, глядя на монету в своей руке, начала она. Затем сжала кулак и вскинула голову. — Я не могу, Господин!
— Не можешь? — удивлённо изогнул бровь я.
— Не могу пойти с вами… без разрешения хозяина.
— Какого ещё «хозяина»? — не понял я.
— Моего хозяина, Господин. Я — рабыня, — сказала она и привлекла моё внимание жестом к ошейнику на своей шее.
Хм… а я-то подумал, что это просто часть «рабочей одежды» проститутки…
— Нет, Господин, это не часть «рабочей одежды», — отвела глаза в сторону она.
— Я в слух это сказал? — глянул я на её коллег по опасному бизнесу. Те слаженно кивнули. — Хм… положительно, долгое одиночество не лучшим образом сказывается на моей психике… Зовите её «хозяина», чего стоите, смотрите⁈ — чуть прикрикнул на них я. Двух из трёх стоявших тут же, словно ветром унесло внутрь здания.
Ждать… Ждать пришлось не долго. Очень скоро, буквально, через три минуты, на улицу, из дверей выкатился невысокий, полноватый, ярко, с «сутенёрским блеском» одетый мужичонка. Он тяжело дышал, видимо, добирался до выхода бегом.
— Г-господин, чего желаете? Я — хозяин этой дылды. Она вас чем-то уже оскорбила? — неприязненно бросил взгляд на Марту он.
— Я её покупаю. Сколько? — без особого интереса спросил его я.
— Г-г-господин, она не продаётся… — начал было он.
— Тогда я просто спалю, к мясу, тебя вместе со всей твоей халупой, и возьму эту рабыню себе бесплатно, — поднял к груди обе свои руки я и пальцами одной покрутил на пальце другой Дворянский Перстень, как бы поправляя его и одновременно привлекая к нему внимание. Мужичок, видимо, только заметивший эту примечательную деталь моего образа, разом съёжился и смертельно побледнел. И, так-то, было от чего. — Повторяю вопрос: сколько?