— Мин Хао, — Ло Жэнь покачал головой. — Ты совсем не изменился.

— Изменился. Я стал беднее.

Ли Жувань усмехнулась прежде, чем успела спрятать реакцию.

Характер у неё был вредный.

Но не злой.

Вредный, гордый, ревнивый, с привычкой защищать своё представление о правильном мире. В таком мире Ло Жэнь стоит впереди с мечом, слабые люди благодарно смотрят ему в спину, враги честно признают поражение, а сомнительные личности вроде меня исчезают из кадра.

Очень красивая картина.

Жаль, мир обычно выглядит так, будто его рисовал пьяный мясник.

— Я слышала о тебе много странного, — сказала она наконец.

— Надеюсь, хорошего.

— Нет.

— Тогда, скорее всего, правду.

Ло Жэнь нахмурился.

— Жувань.

Она посмотрела на него, и её выражение сразу смягчилось.

— Я не обвиняю его. Просто говорю, что слухи неприятные.

— Слухи всегда неприятные, — сказал я. — Приятные слухи обычно называют рекламой. И чаще всего их распускает сам человек. — в этот момент я вспомнил, с кем говорю. — Или кто-то очень влюбленный и преданный. — с улыбкой добавил я.

Она снова посмотрела на меня.

— Ты действительно убил тех двух сестёр?

Вопрос вышел тихим.

Но вокруг будто стало чуть холоднее.

Я не сразу ответил.

Цзян Юэ и Цзян Лин.

— Это не та история, которую стоит обсуждать на палубе перед сотней любопытных учеников, — сказал я.

Ли Жувань хотела что-то ответить, но Ло Жэнь вдруг кивнул.

— Я верю тебе.

Я посмотрел на него.

Вот просто взял и сказал.

Без требования объяснений. Без красивой паузы. Без «я надеюсь, что ты не такой человек». Просто: верю.

В груди стало неприятно тесно.

Ненавижу такие моменты.

Они мешают быть циничным гадом.

— Очень опасная привычка, брат Ло, — сказал я. — Вера в людей.

— Возможно.

— Не «возможно», а точно. — добавил я.

Уж в этой теме я эксперт. В прошлой жизни проходил полный курс.

В этот момент под ногами корабля прошла глубокая дрожь.

Формации вдоль бортов вспыхнули. Серебряные линии наполнились светом, диски под днищем начали вращаться быстрее, и над платформой поднялся низкий гул. Слуги поспешили уйти. Ученики на палубе оживились, кто-то схватился за поручни, кто-то наоборот постарался выглядеть так, будто всю жизнь только и делал, что путешествовал на огромных летающих кораблях.

Старейшина Сянь поднял руку.

Его голос прокатился по палубе сухо и властно:

— Все ученики, участвующие в походе в Мир Меча, должны занять отведённые комнаты или места на палубе. Во время полёта запрещены драки, вызовы, испытания техник, несанкционированные формации и любые действия, способные повредить корабль. Нарушители будут наказаны до входа в Мир Меча.