— Я уже дал бонус.

Ши Юэ неподвижно смотрел.

— Не надо делать вид, что ты не понимаешь слова «бонус». Ты прекрасно понимаешь всё, что связано с оплатой.

Он колыхнулся.

В этом колыхании было очень много смысла. Примерно такой: «Я принёс не меньше сотни тысяч Камней Духа с трупов, уставших идиотов, забытых поясов, чужих карманов и мест, куда нормальный человек не сунул бы даже палку».

Я посмотрел на мешки.

Потом на него.

Потом снова на мешки.

Справедливость — вредная вещь. Иногда она мешает даже там, где речь идёт о слизне, который ворует у раненых культиваторов.

Я достал второй Камень Духа.

— Последний.

Ши Юэ оживился.

— И не смотри на меня так. Если будешь просить ещё, лишу премии полностью.

Он поймал второй камень, съел и слегка пробурчал всем телом.

Именно пробурчал. Не звуком, а ощущением. Оскорблённым, но сытым.

— Вот и договорились.

Я быстро убрал большую часть мешков в отдельный пространственный мешочек, который заранее подготовил для грязной добычи. Такие вещи нельзя смешивать со своими основными запасами. В чужих кошельках бывают метки, яды, отслеживающие нити, неприятные сюрпризы и письма от любимых, которые могут испортить настроение сильнее ловушки.

Жетоны я разделил.

Часть спрятал глубоко.

Часть оставил под рукой.

Несколько положил в обычный мешочек, чтобы показать будущим покупателям.

«Пора было переходить ко второй части плана».

Убедившись, что Старейшины заняты всем, кроме меня, я спрыгнул с корабля снова.

На этот раз один.

Лицо скрыл под маской. Не маской Сун Вуконга — ту лучше не использовать слишком часто, особенно после аукциона и города Тысячи Лун. Эта была проще: тёмная, без рисунка, закрывающая верхнюю часть лица и искажающая контуры подбородка с помощью слабой формации. Достаточно, чтобы незнакомые ученики не опознали меня сразу.

Я приземлился у старой каменной гряды, примерно в пяти ли от кораблей. Место было удачное: достаточно открытое, чтобы люди могли собираться, достаточно близко к лесным тропам, достаточно далеко от самых жарких боёв. И, что важнее всего, отсюда всё ещё нельзя было напрямую атаковать корабли, но корабли оставались видны. Психологически это работало как тонкая верёвка безопасности.

Я достал громкоговоритель.

Тот самый.

После прошлой речи он выглядел слегка перегретым. Одна пластина треснула, по краю пошла тонкая сажа, а в центре остался след моей Ци. Хороший артефакт. Дешёвый, но стойкий. Почти как некоторые ученики внешнего двора, только полезнее.

Я подпитал его Камнем Духа.

Проверил голос.

И заговорил.

— Ученики, всё ещё не вошедшие в Мир Меча. У меня есть жетоны.