Я посмотрел на неё внимательнее.

Она не узнала меня.

По крайней мере, не сразу. Тогда, в городе Тысячи Лун, я представился ей как Сун Вуконг. Теперь же перед ней стоял человек, выполняющий приказ Сун Вуконга. Слишком тонкая разница для тех, кто привык выживать рядом с ложью. Но в хаосе испытания люди редко думают о лишних слоях.

Я вспомнил, как она проверяла руны.

Вспомнил, как тихо поправляла деда, когда тот из гордости пытался представить артефакт лучше, чем он был. Вспомнил, как благодаря ей сделка вышла почти подозрительно честной. Вспомнил, как она не стала пользоваться моим незнанием, хотя могла.

Я помнил чужое добро.

Редкая привычка, но полезная. Особенно если не путать благодарность с глупостью.

— Четыре тысячи, — повторил я. — Есть больше?

— Четыре тысячи двести! — крикнул кто-то сзади.

Ся Лин чуть повернула голову.

— Четыре тысячи пятьсот.

— Пять тысяч! — выдавил ученик на двенадцатом уровне, явно надеясь, что ученица Пламени Феникса отступит.

Она не отступила.

— Пять тысяч двести.

Толпа снова зашумела.

Я поднял руку.

— Стоп.

Все посмотрели на меня.

Ся Лин тоже.

Я слегка наклонил голову.

— Для такой красавицы у Старшего Брата Сун Вуконга есть особая привилегия.

Несколько учеников возмущённо вдохнули.

Ся Лин замерла.

— Какая ещё привилегия?

— Если вы похвалите Старшего Брата Сун Вуконга, получите десятипроцентную скидку.

Молчание.

Очень вкусное молчание.

Я почти физически почувствовал, как в головах у людей сталкиваются жадность, зависть, раздражение и желание понять, насколько низко они готовы пасть ради десяти процентов.

Ся Лин смотрела на меня через полумаску.

— А если не хочу?

— Тогда платите полную цену. Старший Брат Сун Вуконг великодушен, но не навязчив.

Кто-то в толпе тихо выругался.

— Это нечестно! — сказал ученик, который предлагал пять тысяч.

Я повернул голову.

— Вы тоже можете быть красавицей, если достаточно уверены в себе.

Вокруг раздались смешки.

Ученик покраснел.

Ся Лин молчала ещё несколько вдохов. Я видел, что она не из тех, кто легко будет хвалить неизвестного человека только ради выгоды. В этом и была вся прелесть. Если бы она сразу начала рассыпаться в комплиментах, сцена бы стоила дешевле.

Наконец она сказала:

— Я не люблю хвалить кого попало.

— Разумная позиция.

— Но если речь о Сун Вуконге… — она сделала паузу, и в её голосе появилось узнавание, не прямое, но достаточное. — О человеке, который помог мне в городе Тысячи Лун, тогда я не против.

Вот теперь толпа притихла уже иначе.

Город Тысячи Лун.

Помог.

Ся Лин из Пламени Феникса знала Сун Вуконга.

И, судя по тону, не ненавидела.