— В коромысле, девочка, — ухмыляется отец, вдруг резко прижимает меня к себе. И я ему верю. Странно, правда. Хватает одних лишь объятий, чтобы вспомнить, как он читал сказки маленькой Ире. Как мы гуляли по залитой солнцем улице, как… — Беги на верх, в моем кабинете найдешь мой последний подарок. Тебе понравится.
— Почему последний? Отец, что происходит?
— Все хорошо. Дочка, все будет хорошо.
Папа, — шепчу я, глядя в улыбающееся родное лицо. — Я помню тебя, слышишь.
— Ну и прекрасно. Иди дочка.
— А ты?
— Я скоро приду, зайчутка. Иди, мне тут надо кое-какие распоряжения отдать. Давай, вон и лифт пришел. Знаешь, где мой кабинет? Тот который Лешка у меня украл. Давай-давай. Я там двери сменил. Хорошие двери, да. Замок сейфовый. Код…
Точно, зайчутка. Только он так меня называл. Только…
— Запомнила? Ну беги, девочка. Беги. Подарок тебе понравится. И это… Я тебя люблю. Помни.
— И я тебя, — мой шепот теряется в воздухе.
Глава 37
«Детка, солнышко, куда ты делась? Ирочка, это не весело. Маме страшно».
Я еще совсем крошка. Сижу под столом, прижав к груди скомканные колготки. Надеюсь, что мама не найдет меня и не отведет снова на «пятидневку» в детский сад. Нянечка недавно сказала, что если бы было можно. То мама бы оставила меня там на всю неделю. Но это же неправда?
— Вот ты где, непослушная девочка, — мамино лицо появляется прямо передо мной. Она хмурится. Я снова ее разочаровала. — Ира, маме надо на работу, а ты…
— А ты где работаешь? — спрашиваю в сотый раз, чтобы услышать давно известный ответ.
— Бухгалтером в крупной коммерческой фирме.
— И что. Бухгалтера работают по ночам?
* * *
Стеклянный лифт возносит меня под самые облака. Странные воспоминания, но от чего-то именно сейчас они обрушиваются на меня. Воспоминания детства обычно самые счастливые, а я вдруг осознаю, что не помню радости от них. Хотя, у меня было все. И мама… Она любила меня, ну я так всегда думала. И наверное я все таки прожила свое детство не совсем плохо. По крайней мере я помню парк, облака сладкой ваты и мамин сарафан — яркий, как оперение райской птицы. Цокот ее каблучков по асфальту и ощущение нужности.
— Все будет хорошо, — шепчу я. Не знаю, что сейчас чувствует мой малыш, и слышит ли он меня, но я точно знаю, что выращу его счастливым, и отдам ему всю свою любовь.
Лифт останавливается плавно, но меня будто придавливает к зеркальному полу какая-то сила, хочет удержать в этой прозрачной капсуле. Я с трудом переставляю одеревеневшие конечности. Мне нужно в кабинет свекра, точнее во владения отца. Шаг, второй, третий.