— Я видела документы, — продолжает Вика, пока все суетятся вокруг. — После смерти Виктора «Зеркала» становятся нашими. Сегодня он представил нас совету. И я не хотела больше ждать. Не хотела, чтобы он хотя бы ещё день дышал одним воздухом с нами.

— Вика… — Артем делает шаг вперед, заслоняя меня. — Ты понимаешь, что сейчас будет? Охрана, полиция, расследование…

— Не будет, — она качает головой. — Продолжай отыгрывать хорошую дочь, Аня. У нас прекрасно получается.

Она смотрит на меня. Взгляд теплеет ровно настолько, чтобы я поверила — где-то там, глубоко, ещё осталась та Вика, которая обнимала меня сегодня.

— Мы можем встать у руля уже сейчас, Ань, — тихо говорит она. — И изменить дурацкие правила программы, ломающей судьбы. Ты же тоже этого хотела? Так давай сделаем это.

Я смотрю на мертвого Виктора. На Вику… На Артема. Он напряжен, как струна, и готов в любую секунду вытащить меня отсюда.

— Ты… — голос хрипит. — Правда думаешь, что после этого мы сможем «просто жить»?

— Сможем, — уверенно отвечает Вика. — Потому что это справедливо. Он убил нашу мать. Я убила его. Закон равновесия в действии, Ань. А «Зеркала»… Мы сделаем их такими, какими они должны были быть.

Она протягивает мне руку.

— Ты со мной, сестра?

Артем касается моего плеча.

— Аня, — тихо говорит он. — Это твой выбор. Я приму любой.

Я делаю вдох. Влажный мартовский воздух наполняет мои легкие.

— Что ты предлагаешь? — спрашиваю я, смотря Вике в глаза.

Я на грани истерики, но она не должна этого увидеть.

— Управлять «Зеркалами» вместе. Ты — лицо, совесть, голос. Я — мозг, технологии, наука. Артем — сила, защита, имя… Мы сможем все изменить изнутри. Денис и Кирилл…

Я медленно поднимаю руку и останавливаю ее жестом.

— Я так не смогу… Все то, о чем мы мечтали вчера — уже не смогу, Вик…

Вика кивает.

— Тогда я уеду в Штаты вслед за Денисом и Кириллом, и продолжу свою деятельность оттуда, — ледяным тоном разочарованно обозначает свою позицию Вика.

С ее позиции она поступила абсолютно правильно и теперь надеялась, что я поддержу ее. А я… Я не могу. У меня вместо сердца — одна зияющая рана, и если бы не Артем…

— Мы поговорим об этом всем позже. Когда-нибудь, — говорю я Вике.

Она разворачивается и идет к дому, по пути раздавая распоряжения людям Виктора.

Артем обнимает меня, прижимая к себе.

— Ты как? — шепчет он.

— Не знаю, — честно отвечаю я. — Он убил мою мать, Артем. Нашу мать… Я не могу его простить. И не буду. А Вика… она просто сделала то, на что у меня не хватило бы духу.

— Уверена, что не хватило бы? — тихо спрашивает он.

Я молчу. Смотрю на грязный, начавший таять снег, и на тело человека, подарившего мне жизнь и отнявшего жизнь у той, которая меня родила.