Он качает головой, коротко усмехаясь. Ставит мощные предплечья на стол, подаваясь ко мне, и бьет прямым, ровным взглядом:

— А если без шуток, Мар... Раз какой-то левый мужик с одного поцелуя тебе всю систему снес — значит, нет у тебя никакого парня. И не было, по сути. Не делай пацану мозги и себя не мучай. Встреться, скажи всё как есть и прощайся. Чем чище и честнее обрубишь сейчас, тем меньше дерьма потом расхлебывать придется.

Мысленно подписываюсь под каждым его словом. И правда, как так вышло? У нормальных людей — подружки, сплетни на кухне, а у меня вот — Гриша.

Допиваем кофе в тишине. Встаю, иду в комнату и с размаху валюсь на диван. Хлопаю ладонью по свободному месту:

— Падай давай. Врубим что-нибудь фоном, посидим, как в старые добрые.

Гриша опускается рядом.

— Выросла ты, Фунтик. А всё равно дурочка. Оно и понятно... по чужим углам просидела. Базовую социалку мимо кассы пропустила.

Ну, пропустила, да. Спорить глупо.

Улыбаюсь, поворачивая к нему голову:

— Зато помнишь тот стылый ноябрь в рыбацком поселке под Выборгом? Когда мы три недели за забор не высовывались. И ведь классное время было, если подумать.

Гриша переводит на меня скептический взгляд, и мы сцепляемся. Упорно, с пеной у рта. Удивительно: сидели в одних и тех же четырех стенах, а помним всё кардинально по-разному. Для меня это был суровый квест, а Гриша, оказывается, искренне считал, что мы там чуть ли не на санаторном курорте прохлаждались.

К вечеру меня окончательно попускает. Расслабляюсь так, словно с головой в детство нырнула. Гришаня тоже выглядит умиротворенным, валяется на моем диване, занимая своими габаритами добрых две трети комнаты. Чего он тут вообще торчит со своими-то делами? Ну и ладно. Не жалко. С ним как-то... не так одиноко.

Выхожу из душа, на ходу растирая волосы полотенцем, и тут же ловлю на себе его цепкий прищур.

— Я сейчас к своим двигаю, — рокочет Гриша. — Давай, суши гриву и собирайся. Пора тебя понемногу в люди выгуливать, а то окончательно одичаешь.

Обвожу его взглядом.

— Ну, погнали, — усмехаюь я. — Только уговор: если у вас там сходка клуба кому за шестьдесят, с нардами, тонометрами и разговорами про радикулит, я дезертирую через окно туалета.

Гриша хмыкает, неспешно расправляя плечи-валуны. В глазах мелькает знакомая ехидца:

— Выдыхай, Фунтик. Там фауна разношерстная. От сопливых первокурсников до матерых динозавров. Найдешь, об кого зубы поточить.

Махом дотираю волосы и вываливаюсь на улицу следом за Гришаниной необъятной спиной. Пытаюсь сфокусировать зрение в сумерках. Ого. Ничего себе новости. Гришаня у нас, оказывается, обзавелся двухколесным монстром.