Так и стоял он, райком партии, расколотый на две половины — на Вакулинскую и вторую, Аллы Ивановны Мироновой.

Вспомнилось все это Егорову по одной только причине — видел он в этой Землицынской снисходительной ухмылке, точно такую же снисходительную ухмылку, которой не раз и не два Вакулин награждал Аллу Ивановну, доводя ее тем самым до белого каления.

— А я уверена у нас именно такое предложение и есть. Точно не откажетесь. Товарищ Егоров высказал мне такое предложение, — нагло соврала Алла Ивановна, — Пусть теперь выскажет и вам.

Николай Иванович вздрогнул снова. На этот раз уже не внутренне, а очень даже внешне. Не ожидал он такого шага со стороны Аллы Ивановны. Выходит, скинула она всю эту ответственность, как заманить Землицына на него одного. Догадывался Егоров, почему она так поступила: осерчала Алла Ивановна на то, что Николай уже отправил в крайком списки участников отряда. Да только отправил он их по требованию самой Аллы Ивановны… Всюду она его крайним оставила.

Егоров стал судорожно соображать, что же ему делать, что сказать, что предложить Землицыну. Решил он скоренько перебрать все возможности, как можно заинтересовать Игоря. А потом встал медленно, потягивая время, чтобы еще раздумать, и сказал то, что пришло ему в голову первым делом:

— Скажите, Игорь, — начал он, — а как там дела у вашей сестры Светланы? Знаю я, что очень вы печетесь о ее судьбе.

* * *

— Причем это тут моя сестра? — Спросил я строго.

Все в комиссии уставились на Егорова. Тот же сильно вспотел. Подмышки его стали серыми от влаги, и он ослабил чуть свой красный галстук, расстегнул одну пуговицу.

Неужто угрожать начнут? Ну если да, так пусть только попробуют…

— Да вы не переживайте, Игорь Семенович, — сказала добродушно Егоров.

— Никто из вас, — ответил я строго, — меня не заставит переживать. Только если злиться. И вот то обстоятельство, что вы тут мою сестру к делу приплетаете, начинает меня очень злить.

Егоров побледнел. Остальные члены комиссии растерянно прятали от меня глаза. Кажется, очень беспокоило их самих, что совсем я перед ними не млею от страха. Одна только Алла Ивановна оставалась спокойной и строгой. Уж кого-кого, а ее мой отказ скорее раздражал, а не пугал.

— Мне известно, — немного растерянно на меня посмотрел Егоров, — что ваша сестра, Светлана Землицына, готовится к поступлению в армавирское медучилище.

— Готовится, — сказал я суховато.

— А как вам перспектива, чтобы поступила она не в Армавирское училище, а в Московское? В училище номер один, например. А оттуда и другие пути высшему медицинскому образованию открыты. Скажем, райком поможет ей со льготным поступлением, а коль уж будет она старательной и прилежной, протопчет себе дорожку в медицину.