— Доброго здравия, сударь, — Мира подошла к нему. — Вы ведь знаете мое имя?
— Да, миледи. Вы — Глория Сибил Дорина, леди Нортвуд.
— А я не знаю, как вас зовут, и, по-моему, это несправедливо.
— И… Итан Гледис Норма из Фаунтерры, я т… третий секретарь его величества.
Он не то, чтобы заикался, но делал крохотную паузу между первым звуком и продолжением фразы.
— Рада познакомиться, — Мира наклонила голову. Согласно этикету, если дама желает продолжения беседы, она улыбнется при этих словах. Мира улыбнулась.
— М… иледи, чем я могу быть полезен вам?
Расскажи мне про убийцу моего отца, вот чем!
— Побеседуйте со мной. Я совсем недавно в столице, и никого здесь не знаю. Мне так скучно!
Безопасный ответ. Знатные дамы всегда терзаются скукой. Прекрасное объяснение любым действиям: мне было так скучно!
— С большим удовольствием, миледи.
Она пригласила его к своему столику и усадила в соседнее кресло. Итан мельком глянул на книги, Мира поспешила отвлечь его расспросами:
— Трудна ли служба секретаря?
— С… лужить владыке — честь для меня, миледи.
— Каково это — слушать важнейшие разговоры, записывать волю императора и все время молчать, что бы ни происходило?
— Как иначе, миледи? Такова моя служба.
Мира усмехнулась.
— Разве мои ладони в муфте?
— П… простите, миледи?..
— Если бы мы встретились в приемной, сударь, я прятала бы руки в муфту, согласно привилегии, и мы говорили бы лишь то, что полагается. Но мы в библиотеке, верно?
— Да, миледи.
— Здесь и леди никаких нет, как и лордов. Первородные не сидят над книгами, а гуляют где-то на свежем воздухе.
— В садах Люмини, миледи.
— Простите?
— В садах Люмини завтра начнется цветочный праздник, миледи. В этом году он посвящен северной азалии.
— Пойдете ли вы туда?
— Е… сли служба потребует, миледи.
Лицо Итана — благородные тонкие черты, умные глаза — было бледным и изможденным. Похоже, он и вправду покидал дворец лишь тогда, когда того требовали дела. И он был робок — первый робкий человек, встреченный Мирой в столице. Девушка почувствовала нечто вроде азарта: разговорить Итана, узнать его мысли. Обыкновенно люди сами рассказывали о себе, без спросу и много — куда больше, чем следовало бы. Молчаливый секретарь вызвал у Миры интерес.
Девушка спросила, нравятся ли ему северные азалии, любит ли Итан весну, бывал ли на Севере и на Юге, в какой земле поселился бы, доведись ему покинуть столицу. Он отвечал: да, миледи. Нравятся, миледи. Никак нет, не довелось побывать. Столица прекрасна, миледи. Я хотел бы жить в ней всегда и служить владыке.
Мира поинтересовалась его мнением об императоре, но тут же поняла, что это — провальная попытка. Итан, конечно, ответил: владыка Адриан — великий человек.