Мира спросила: часто ли Итан бывает на балах? По нраву ли ему они? Кого из дам он хотел бы пригласить на танец? Секретарь сказал в ответ:
— Н… нечасто, миледи. Я пригласил бы на танец вас, если бы вы оказали мне честь своим согласием.
Крепкий орешек! Заставить Итана высказаться откровенно — все равно, что штурмовать замок горсткой серпов. Мира сделала паузу, выстраивая план наступления. Итан тоже молчал. Видимо, он счел, что высокородной леди угодно вести расспросы, а от него требуются лишь ответы.
Тут к столику подошел архивариус. На его тележке лежала скромная горка из десятка футляров с документами. Они с Итаном обменялись кивками.
— Сударыня, как я и опасался, ведомостей об интересующих вас персонах нашлось немного, — он стал перекладывать футляры с тележки на стол. — Здесь о Минерве из Стагфорта: запись о браке родителей, пожалование рыцарского звания отцу, смертная грамота матери. Вот Плайский Старец: брак, рождение детей, смерть жены, смерть сыновей, брак дочери. Вот Леди-Во-Тьме: о ней немного больше. Ее рыцари участвовали в стычках с западниками. Если верить источникам, Леди-Во-Тьме всякий раз защищалась. Трижды побеждала, один раз проиграла и потеряла часть имений.
Все документы, кроме одного, перекочевали на столик. Архивариус сказал:
— К сожаленью, сударыня, это все, что есть о пятерых ныне живущих родичах владыки.
— О шестерых, — поправила Мира, с интересом глядя на оставшийся сверток. — Вы не упомянули барона Росбета из Южного Пути.
— Вы спрашивали о живых родственниках, — с ударением произнес архивариус, и Мира похолодела. — Барон Росбет к ним более не принадлежит. Он погиб от сизого мора в прошлом месяце. Вот смертная грамота, подписанная его домочадцами.
Архивариус протянул девушке последний футляр и, поклонившись, удалился. Мира с содроганием развернула бумагу. Убористым почерком баронского писаря было изложено, как Росбет занемог, посинел лицом, велел распахнуть все окна, поскольку мучился от нехватки воздуха, начал пускать пену изо рта и той же ночью скончался. При нем находились мажордом, лекарь, священник и три юных дочки. Подписи этих лиц стояли под документом, кроме имени младшей девочки — в виду ее неграмотности.
Мира подняла глаза от бумаги, ошарашенная известием. Итан внимательно смотрел на нее.
— Умер наследник владыки, миледи?
— Да, следующий после кузена императора.
…и я теперь — третья в очереди. Дядя владыки Менсон, кузен Адамар, за ним — я.
— П… озвольте спросить, миледи, что вы намерены предпринять?
Третий секретарь владыки. Он сидел на табуреточке слева от престола. Сидящий на табуреточке у подножия трона не может быть несогласен с императором — такое в принципе невозможно. Даже если владыка совершает явную ошибку.