Первое отделение бала завершали «цепочки» — озорной танец сродни хороводу. Под ним лежал какой-то религиозный смысл — «цепочки» означали, кажется, духовное единение Праотцов с Праматерями… или что-то еще в этом роде, Мира не помнила точно. На деле это была веселая пляска, увлекшая всех, кто был в зале, невзирая на возраст и титулы. Две сотни дам образовали цепочку у одной стены, две сотни мужчин — у противоположной. Под улюлюканье свирелей цепочки двинулись навстречу друг другу, приплясывая и прихлопывая. Вот они встретились, каждый мужчина подхватил даму под руку, дважды покружился с нею и отпустил. Цепочки прошли друг сквозь друга и откатились обратно к стенам. Тут начиналась забавная неразбериха: нужно было дважды поменяться местами с соседкой слева, вновь образовать цепочку и, в нужный такт мелодии, снова двинуться навстречу мужчинам. Цепочки сходились, кружились, расходились, смешивались в пестрой кутерьме, кое-как выстраивались и вновь сходились. Это было до того заразительно весело, что вскоре к танцу присоединились и пожилая чета из Дарквотера, и напыщенный полководец Короны, и полный Лабелин, и стеснительный Итан, и даже шут! Менсон бешено размахивал руками и тряс головой, бубенцы на колпаке неистово звенели. Встретившись с дамой, шут подхватывал ее на руки, кружил, подбрасывал в воздух и лишь затем отпускал. Несчастная Валери визжала, попав ему в лапы; близняшки-инфанты из Шиммери, наоборот, хохотали от восторга и норовили после перетасовки опять оказаться напротив шута.
Мира смеялась и плясала. Люди перемешивались вокруг нее — будто калейдоскоп лиц и платьев. Вот она между Беккой и уродливой дамой в зеленом, а навстречу скачет седой барон, при каждом шаге шумно вздыхающий: Уф! Уф! Уф! Перетасовка — и Миру кружит огненно-рыжий молодчик с веснушками. Хлоп-хлоп! Перетасовка! Рядом оказывается сам Адриан, но Мира разминается с ним и хватает под руку Виттора Шейланда. Он слегка медлителен, и Мира сама раскручивает его — давай же, быстрее, пусть голова закружится! Хлоп, хлоп, хлоп! Стена, неразбериха — и вот она между Ионой и Аланис. Иона смеется, на бледной коже сияет румянец; Аланис встряхивает платиновой гривой. Хлоп — она между близняшек, а навстречу — виконт, капитан и шут. Близняшки кричат: «Я! Я! Я к нему!», пытаются подвинуть всю цепочку, лишь бы встретиться с Менсоном… и в итоге шут достается Мире. Ноги отрываются от пола, она взлетает — уууууух! Бывший заговорщик опускает ее, хрипло орет в такт музыке: «Ла-ла-ла! Тра-ла-ла-ла!» Хлоп — и рядом леди Сибил… Хлоп — навстречу военачальник Алексис… Хлоп — молодой священник, хлоп — лорденыш во фраке, хлоп…