Но вот «цепочки» окончились, наступил перерыв между танцевальными отделениями. Музыка сделалась тише и медленней, разгоряченные люди переводили дыхание. Большинство гостей потянулись в банкетные залы. Мира не чувствовала голода. Чего действительно хотелось, так это кофе. И еще — дышать.
Вдоль правого крыла дворца шла анфилада комнат, предназначенных для отдыха. Они были почти безлюдны, а окна распахивались в летний вечер, впуская внутрь свежесть и аромат вишневого цвета. Мира пошла вдоль анфилады, наслаждаясь запахом. Голова кружилась, в ушах шумела недавняя музыка. Несколько минут тишины и покоя — именно то, что было сейчас нужно.
— Леди Г… лория… — раздался знакомый голос.
— Итан! Я рада вас видеть!
— Вы п… позволите?.. — секретарь смущенно опустил глаза.
— Составить мне компанию? Конечно. Я ищу кофе… Помогите мне напасть на его след.
— Это т… там, в чайной.
Итан указал в дальний конец анфилады, они неспешно двинулись вдоль череды распахнутых окон.
— По нраву ли вам бал, миледи?
— Бал прекрасен! До этого дня я не знала, что люблю танцы! Так жаль, что вы все пропустили.
— Я не п… пропустил. Моя служба длится во время формальных приветствий. Затем владыка отпустил меня.
— Тогда где же вы были? — удивилась Мира. — Вы обещали пригласить меня на танец!
— Я… — Итан округлил глаза с удивлением и даже испугом. — Как я мог?.. Вы — первая дама бала…
Она усмехнулась.
— Какая нелепица! Забудьте об этом и пригласите меня.
— Конечно, миледи.
Они миновали музыкальный салон. Тощая девица терзала арфу, несколько молодых сударей и богатый старик слушали струнный плач. Прошли комнату игр. Гвардейский капитан и лорд из Надежды сражались в стратемы, полдюжины мужчин окружили стол, азартно обсуждая каждый ход. Мира завистливо вздохнула, проходя мимо. Она скучала по игре.
В курительной ошивались щеголи-студенты. Пара-тройка из них ринулись навстречу Мире, но она тут же взяла Итана под руку и скорчила самую надменную гримасу, на какую была способна. Хлыщи отстали.
Из следующей комнаты доносилось заманчивое журчание воды и пение птиц. Девушка поспешила туда и увидела водопад, сбегающий с каменной горки в бассейн в полу. Кроны деревьев скрещивались над бассейном, пичуги голосили, облюбовав верхние ветви. Деревья были мраморными, птицы — механическими.
— Мой месяц в Фаунтерре, дорогой Итан, сплошь состоял из нелепиц, — сказала Мира, заглядывая в клюв серебряному соловью. Челюсть птицы монотонно ходила вверх-вниз, никак не согласуясь с мелодией. — Все, что происходит со мною, — либо недоразумение, либо абсурд. Скажите, что во мне не так?