Стоп. Вот несоответствие. Если заговор устраивает семья Валери, а равно и семья леди Аланис, то зачем убивать наследников престола? Даже кузен владыки сир Адамар не смог бы соперничать с императрицей-вдовой, особенно — имеющей на руках младенца. А уж притязания самой Миры не стоили бы и медяка! Тогда зачем на нее напали? И зачем убили доброго рыцаря? Выходит, переворот в пользу императрицы — чушь?..
Или нет?
Именно в год, когда все ожидают свадьбы владыки, за считанные месяцы до помолвки, начинается череда убийств. Совпадение ли это? Хм. Отец говаривал о совпадениях: «Там, куда я выстрелил из лука, по чистой случайности оказалась белка». Но в чем смысл этих кровавых нападений?.. Зачем уничтожать людей, неспособных помешать заговору?..
Мира позвонила в колокольчик.
— Элис, будьте добры, еще кофе. И не такой горький, как этот.
— Простите, миледи, вы всегда пьете именно такой.
— Да?.. Ваша правда, Элис. На балу я попробовала сладкий кофе, мне он понравился больше.
— Слушаюсь, миледи.
— И принесите шоколаду.
— Миледи, шоколад весь вышел… Прикажете послать за ним?
— Нет, принесите марципан или просто сахар — что угодно сладкое.
— Да, миледи.
— И еще — книгу. Она в гостиной, «Любовные истории Династии», я читала матушке вслух.
— В гостиной несколько книг, миледи. Которую из них?
— Я же сказала: «Любовные истории…» Ах, да. Синяя обложка, золотое тиснение.
— Сию минуту, миледи.
В этой книге мелькнуло нечто существенное. Пока шаги служанки щелкали по ступеням, Мира вспоминала: шестнадцатый век от Сошествия, Вторая Лошадиная война, к власти приходит юная владычица Юлиана… Глава посвящена неописуемо горячей и столь же тайной любви императрицы к собственному секретарю, который не рискнул поддаться ответным чувствам и на долгие годы подался в странствия… Но важна не лирика. Тогда, читая вслух для леди Сибил, Мира не осознала, что именно там было, однако ощущение значимости сведений осело в памяти.
Книга легла на стол перед нею, возник серебряный поднос с чашкой кофе, марципаном и парой кубиков сахара на блюдце. Окунув сахар в черную жидкость, Мира принялась грызть его, одновременно листая «Любовные истории». Вот она, эта глава: «Великая Юлиана, Страстная Юлиана». Ну-ка. На девицу Юлиану рода Янмэй падает выбор молодого императора, он объявляет помолвку в последний день летних игр, седьмого августа — как предсказуемо! Свадьба назначается на конец октября, но, к великому несчастию, владыка заболевает легочной хворью и скоропостижно умирает в сентябре. Великие Дома, после нескольких недель колебаний и переговоров, коронуют безутешную невесту. Императрицей становится женщина, не вступившая в брак, а лишь помолвленная с государем!