Что следует из этого? Императора намереваются убить, но убийца — не наследник трона?..
Элис принесла кофе. Слизывая терпкую пенку, Мира вспоминала: «Сердцем воспримешь ценность истинной красоты…» Томная рыхлая Валери терзает клавесин, над нею посмеивается платиновая леди Аланис в своем восхитительно простом наряде. Невесты Адриана, претендентки на корону… Почему я думаю о них?.. Конечно! Императрица наследует престол в случае смерти мужа! И это — куда более весомо, чем претензии дальних родственников. Как на счет переворота в пользу свежеиспеченной императрицы⁈
Хорошо! Красивая догадка! Семейства претенденток тщеславны, властолюбивы, пользуются влиянием при дворе, сумеют удержать власть после переворота. Подходят по всем пунктам! Стало быть, трое новых подозреваемых… Нет, за вычетом Бекки — двое.
Леди Аланис Альмера — заносчивая, самоуверенная, дерзкая, властолюбивая, да к тому же хладнокровная, как все потомки Светлой Агаты. Ее отец располагает огромным войском и немалым опытом дворцовых интриг. А сама Аланис водит дружбу с Северной Принцессой — значит, не исключено, что могучая армия Ориджинов также выступит в поддержку притязаний Аланис. Из молодой герцогини Альмера выходит настолько прекрасная заговорщица… что в это становится сложно поверить. Вряд ли она вела бы себя столь дерзко, даже вызывающе, имея в планах цареубийство. Преступница заботилась бы о прикрытии, старалась избавиться от подозрений, а удовлетворение своего тщеславия отложила бы до поры — на то блаженное время, когда вся полнота власти окажется в ее руках.
Тогда — маркиза Валери Грейсенд?.. Мира хихикнула при этой мысли. Глупая девчонка, из кожи вон лезет, чтобы изобразить себя идеальной женой, делает из своих детских чувств посмешище для всего двора… Тьма, а ведь именно такой образ и есть наилучшее прикрытие! Никто не заподозрит глупышку Валери, а ей, между тем, только на руку, что двор смеется над нею. Ничего, — возможно, думает Валери, — мой черед смеяться еще придет. Возможно, изобретает на будущее изысканные унижения для своих обидчиц. Может быть, императрица Валери вовсе запретит смех во дворце, а Аланис с Ионой будут обязаны чесать ей пятки каждый день после полудня… Даже в песне маркизы Грейсенд, если приглядеться, сквозит тонкая ирония:
'Здесь от беды спасаю, и мне неведом страх…
Вот наш сыночек играет… тарам-тарам… у нас на глазах'.
Это она адресовала владыке. Это она его спасает от беды — какой милый сарказм, если представить Валери участницей заговора! Сыночек играет «у нас на глазах» — это в смысле, под зорким присмотром регентши, вдовствующей императрицы. Наивный Адриан, конечно, к тому времени упокоится на Звезде…