— Посмотрите, милорд! — сказал Луис, когда они вышли на край пещеры. — Вон там, на дальней стороне — светится что-то!
Эрвин подступил к обрыву, всмотрелся. Луис придвинулся к нему, Эрвин оглянулся и осторожно отодвинул механика от края:
— Мы с вами, знаете ли, не самые ловкие люди в отряде… Не стоит рисковать.
Сам Эрвин сел, чтобы не стоять над обрывом. Глаза привыкли к черноте, и тут он увидел то, о чем говорил механик: очень тусклое, едва различимое голубое сияние, льющееся из какого-то грота на дальней стене пещеры.
— О!.. Поздравляю, Луис: вы нашли Предмет!
— Да?.. — механик встрепенулся.
— Только не советую его брать в руки. Дикари тоже оставили его, что говорит об известной доле ума.
— Почему, милорд?
— Вы не знаете… Существуют Предметы, которые мерцают. Очень тускло — заметно только в кромешной тьме. По словам церковников, они — испытание для душ. Чья душа измарана грехами, тот погибнет, взяв в руки мерцающий Предмет.
— Правда, милорд?
— Полагаю, правда. В нашем достоянии имеются три мерцающих Предмета. Матушка порою любит затеять религиозный диспут, а отец — человек практичный. Однажды он поспорил с герцогиней о мерцающих и решил проверить слухи на деле. В замковой темнице содержалось несколько человек… там всегда кто-нибудь да найдется. Один был женоубийца. Отец велел приковать его к стене, а на грудь повесить мерцающий Предмет. Спустя сутки пришли проверить.
— Что с ним случилось, милорд?
— Умер.
— Как?
— Скверно. Вам лучше не знать.
Луис сел на корточки возле Эрвина. Он был в каком-то странном молчаливом напряжении, вполне ощутимом даже в темноте.
— Что с вами, Луис?
— А вы, милорд? — невпопад ляпнул механик.
— Что — я?
— Вы брали в руки мерцающие Предметы?
Эрвин усмехнулся:
— Неужели я похож на праведника? Или на самоубийцу?
— А что… — Луис запнулся. — В чем…
— В чем я согрешил? Вы шутите? Кто задает такие вопросы лорду! С вами определенно что-то не то.
— Простите, милорд…
— Зачем это вам понадобилось?
— Я… э… ни за чем, милорд. Это была глупость, простите меня.
Вдруг Эрвин понял.
— Ах вот оно что! У вас самого неспокойна совесть, верно? Что вы натворили, Луис?
— Натворил… — как-то скрипуче повторил механик. — Ничего, милорд.
И в этот момент раздался крик. Скорей, не крик даже, а хриплый сдавленный выдох, словно карканье ворона. Эрвин вздрогнул: так хрипит человек, захлебываясь собственной кровью. А затем одновременно раздался лязг меча о кольчугу и тявканье тетивы, и вопль: «К оружию!»
Ориджин схватился на ноги. На миг он растерялся: что делать? Нас атакуют — внезапно, во тьме! Командовать боем?.. Стоять в стороне?..