— Возможно, они нам и нужны? Высмотреть бы их и взять в плен.
Эрвин против воли потянулся к мечу.
— Тогда стоит вернуться к лошадям. Животные заметнее нас, и если здесь бродят люди из крепости, то сперва наткнутся на наших коней. Попробуем взять их там.
Эрвин согласно кивнул и подался ползком назад, вглубь леса. Джемис удержал его:
— Взгляните, милорд!
Ворота форта открывались.
В просвет показались фигуры людей. Вот они выдвинулись на мост: один, второй, третий, десятый… Все были пешими и без брони. Однако люди, составлявшие отряд, разительно отличались друг от друга. Головная группа — пятнадцать человек — вне сомнений, были воинами. Одеты в красные рубахи имперской пехоты, вооружены копьями, на спинах — вещевые мешки. Впрочем, не столько амуниция отличала этих людей, как их походка: твердый размеренный шаг, равный по ширине, выдавал выучку, привычность к слаженным маневрам.
А следом за алыми рубахами двигалась другая группа. Этих было двенадцать. Спутанные волосы напоминали вороньи гнезда. Одежду заменяли серые лохмотья, лишь у двоих на ногах имелась обувь. Веревка спутывала их руки за спинами и связывала людей в единую цепочку. Они ковыляли нестройно, неуклюже. Кто-то хромал, другой неестественно горбился, иной спотыкался и чудом не падал. Однако цепочка продолжала идти в темпе, который задал авангард. У связанных не было выбора: позади них шагала пятерка копейщиков в красных рубахах. Едва кто-то из связанных замедлял шаг, как тут же получал удар промеж лопаток.
— Пленники, — шепнул Эрвин.
— Их не очень-то берегли, милорд. Все тощие, как щепки. У второго в цепи сломана рука, у шестого раздроблена стопа — наступает на пятку и чуть не орет. А замыкающий, у которого волосы сожжены… Тьма их сожри!
Эрвин ахнул, когда пригляделся к последнему пленнику. Лысый тщедушный паренек с красными ожогами на черепе… то был не парень, на самом-то деле. Девушка! И предпоследней в цепочке пленников тоже была женщина — она цеплялась за плечо идущего впереди, чтобы не упасть.
Ни одна армия Империи не брала в плен женщин. После боя солдаты могли позабавиться с простолюдинками, командиры порою смотрели на это сквозь пальцы. Но ни один рыцарь не позволил бы своему отряду держать девушку в оковах, морить голодом, пытать! Это не просто нарушение законов войны, а плевок в лицо Праматерям!
— Что это за люди?.. — прошептал Джемис. Его тоже потрясло увиденное.
— Алые рубахи, — процедил Эрвин, — отличная строевая выучка, искровые копья. Те самые люди, кого мы искали — солдаты Короны.
— Искровики пытают женщин?.. Милорд, такого быть не может.