Дорога до обоза — о, эту поездочку Хармон-торговец вряд ли когда-нибудь захочет вспомнить. Он все пытался угадать: кто же первым свалится замертво? Джоакин, что пытается держаться молодцом, но бледнеет и раскачивается в седле, будто кукла? Снайп, которому удар меча едва не пробил череп? Вихорь — тот, возможно, уже мертв, а Снайп не понял этого, и потому упрямо тащит дальше тело крестьянина. Или сам Хармон? Он самый здоровый изо всех… так что именно его, торговца, лучники первым возьмут на прицел, когда настигнут отряд.
Однако погоня так и не возобновилась. Может, монахи потеряли их след в роще. Или кто-то из преследователей был серьезно ранен, и лучники предпочли спасти жизнь своему брату, а не гнаться за добычей. Что ж, хотя бы чью-то жизнь эти монахи ценят дороже Предмета…
Хармон с трудом поверил глазам, когда в ложбинке меж двух пригорков углядел свои фургоны. Казалось, год прошел с минуты, когда он видел их в последний раз! Полли с Луизой и дети радостно бросились навстречу всадникам, но, едва рассмотрели их лучше, радость сменилась ужасом.
— Что с тобой? Что случилось? — охнула Луиза, подбегая к мужу.
— Он не слышит, — ответил Снайп и выпустил Вихря. Тот ляпнулся на землю, не издав ни звука.
— О, боги!
Луиза припала к нему и зарыдала. Вихренок и Сара испуганно застыли рядом, мать сквозь плач приказала им:
— Не стойте же! Помогите мне! В фургон отнесем… Сара, неси воду и тряпки… еще вино.
Полли очутилась возле Хармона:
— Вы как, хозяин?
— Я-то ничего. Ему нужна помощь.
Торговец указал на Джоакина. Воин сумел слезть с коня, но потом зашатался и упал. Полли с Хармоном бросились к нему, вскоре подоспел и Снайп. Тот, похоже, вполне оправился от удара.
— Промыть нужно, — сказал дезертир.
Хармон не знал толком, как это делается.
— Вином, что ли?..
— Горячим вином. Полли, зажги огонь и неси вино. Хозяин, помогите раздеть.
Девушка убежала. Вдвоем мужчины усадили Джоакина, сняли шлем и камзол, затем кольчугу. Хармон понял, каким был дураком, когда наложил жгут поверх кольчужного рукава: кровь продолжала сочиться в дороге, залила всю руку и капала с пальцев.
Наспех перевязали плечо выше раны и, наконец, остановили кровотечение. Подоспела Полли с горячим вином.
— Держите, хозяин. А ты лей. Да, прямо в рану, куда же?
Джоакин очнулся от боли и закричал. Полли замешкалась.
— Не робей, продолжай лить! А вы, хозяин, держите крепко, чтобы не вырвался.
Сперва промыли рану попроще — ту, что на спине. Затем перешли к глубокой — на плече. Воин орал и лупил по земле ногами. Хармон изо всех сил старался его удержать, но не очень-то справлялся. Рванувшись, Джоакин выбил у Полли кувшин. Вино разлилось.