— Для гербария? — Аленка заглянула в список через ее плечо.

— Для травницы-кубышки. Это самый простой оберег, но от него еще и пахнуть будет вкусно. Очень полезная в хозяйстве штука.

— Ой, только я, наверное, не все найти смогу. Сентябрь ведь уже.

— Не важно. Кое-что из списка и в аптеке купить можно. Нам сейчас важно понять принцип, а потом я тебе из своих запасов выделю травы в заветный день собранные, когда они наибольшую силу имеют. И будем с тобой уже полноценные обереги делать.

Они еще какое-то время поболтали, прощаясь на пороге… В общем, когда Тайка добралась до дома, Никифор уже сам доваривал макарошки, а пустая кастрюля из-под борща ждала своего часа в раковине.

— И где это тебя носило, Таюшка-хозяюшка? Я уж волноваться начал, все ли в порядке. — Домовой с хлюпаньем втянул макаронину с ложки и решил добавить в свое варево еще соли.

— Все хорошо. — Тайка сняла кроссовки и поставила их к печке. — Учила сегодня Аленку обереги делать.

— Добро! — Домовой поскреб в бороде. — Она девочка способная, старательная, подспорьем тебе будет. Ужинать-то хочешь?

— Не, — мотнула она головой. — Я лучше спать пораньше лягу. Завтра в школу вставать ни свет ни заря, а я сегодня вообще не выспалась.

Она не стала говорить Никифору, что на самом деле надеется в эту ночь снова повидаться с бабушкой, а то вчера они так толком и не пообщались. А все противный царь Радосвет, чтоб его!

* * *

Зеркальце в берестяной оправе лежало на прежнем месте под подушкой, но Тайка уже трижды засыпала и просыпалась, потому что ей снились какие-то глупости. То контрольная по алгебре, к которой она не готова, то как они вдвоем с Аленкой ищут пропавшего Снежка, то очень недовольный Яромир, отчитывающий ее за опоздание… Вроде бы еще не кошмары, но все равно какие-то гадкие сны…

Небось, это царь решил ее в хрустальный сад пока не пускать, чтобы глаза не мозолила. Пф! Ничего, Тайка знала заклятие, позволяющее увидеть желаемый сон. Правда, бабушка говорила, что им надо пользоваться с осторожностью — а то вместе с нужным сном придут мары-кошмарицы, которые слетаются как мухи на мед, когда сновидец открывает свое сердце. Но Тайка все же решила рискнуть. Прижав бабкино зеркальце к груди, она забормотала:

— Мне б воды глоток, а второй — судьбе, пусть бежит клубок от меня к тебе. Путь заворожу кругом посолонь — тот, кого я жду, приходи в мой сон.

Веки вмиг отяжелели, будто свинцом налились. Тайка широко зевнула и… вдруг провалилась в мягкую густую траву. Метелки мятлика щекотали ее щеку, в голубом безоблачном небе сияло солнце, птицы весело пересвистывались над головой. Место было совершенно незнакомым.