Лорд Эрвин София начал срываться на подчиненных. Это было глупо и постыдно, но злость переполняла и рвалась наружу. Гордон Сью вновь заикнулся про змей-траву — герцог велел протащить его на веревке за кормой корабля. Фитцджеральд сказал что-то невпопад, и был отослан на другое судно. Один Шрам пользовался расположением лорда, да и тот лишь потому, что знал много мрачных пиратских историй. Герцог часами напролет слушал о кораблях с призраками, гниющих мертвецах на реях и о лихих парнях, доставшихся рыбам. Из рассказов Шрама Эрвин почерпнул пару идей. Весь экипаж Велентайна был высажен на необитаемый остров, а сам Велентайн проболтался двое суток на рее, подвешенный вниз головой. При каждых склянках он должен был повторять: «Как приятно служить Избранному!»
Единственный просвет имелся во мраке: любимая сестра. Об Ионе не было новостей — глухая тишь, ни звука. Если бы Шейланд казнил ее, то наверняка воспел бы сей подвиг. «Проклятая ведьма сожжена на костре, Избранный очистил мир от скверны» — нечто такое твердила бы молва. Но пропаганда Виттора молчала, что позволяло думать: Иона спасена. Отец имел три случая освободить ее: в Уэймаре за счет жала Криболы; в лесах Нортвуда, напав из засады; и наконец, при помощи Гвенды. Хоть одна из попыток принесла успех!
Но даже это не развеяло тьмы. Куда отправилась Иона после спасения? Конечно, в Первую Зиму. А что ждет ее там? Два вражеских войска наступают с разных сторон. Каждое имеет Персты Вильгельма.
— Милорд, позвольте войти.
Теперь даже Обри — адъютант и телохранитель — опасался подходить к Ориджину. Осторожно приоткрыв дверь, он сунул голову в комнату. Эрвин лежал на тахте, глядя в потолок. По комнате гулял сквозняк, ставень хлопал о стену, сбивая остатки штукатурки.
— Милорд, вы в порядке?
Обри попытался войти. Дверь, державшаяся на одной петле, встала наперекосяк.
— Виноват, милорд. Я исправлю…
Он приложил усилие. Дверь слетела со второй петли и грохнулась на пол.
— Тьма вас сожри! — взревел герцог. — Какого черта⁈
— Простите, милорд… Мы окна заколачиваем…
— К чертям! Подите вон!
Обри юркнул в коридор. Эрвин прикусил губу, крикнул кайру вслед:
— Вернитесь!.. — Добавил мягче: — Простите. Чего вы хотели?
— В трактире холодно. Позвольте заколотить окно.
— Приступайте.
Обри взялся за дело. Герцог поинтересовался:
— Где вы нашли доски?
— В сарае, милорд. Там и дрова есть, только очень сырые. В связи с чем имеется просьба: позвольте снять Орудие с позиции на полчаса.
— Зачем?
— Просушим дрова, разведем огонь.
— Как — просушите?
— Перстом Вильгельма, милорд.