Эрвин показал ему конверт и спрятал в нагрудный карман.
— Здесь указано место. В худшем случае записку найдут на моем теле.
— А если вы одержите победу?..
— Клянусь Агатой: я отпущу ваших родных в тот же день.
Виолетта тряхнула головой:
— Соглашайтесь же, папенька! Вы совсем ничего не теряете!
— Милорд, — сказал граф, — ваше предложение исполнено чести. Я рад слышать достойные слова, но один вопрос еще не оговорен. В случае вашей победы, что будет лично со мной?
Вот сейчас было бы хорошо вспомнить какую-нибудь милую казнь, придуманную дедом или прадедом! Эх, невежество…
— Имеются два варианта. Я могу отрубить вам голову в назидание другим вассалам. А могу удовлетвориться извинениями.
— Грм, — откашлялся граф.
Аббат расшифровал:
— Граф Бенедикт находит предпочтительным второй вариант.
— Я тоже! — ввернула Виолетта.
— Я выберу его, — сказал Эрвин, — если вы, граф, окажете мне пару небольших услуг. Во-первых, оставьте на северной дороге заставу с дюжиной кайров. Пусть сохранится видимость блокады. Шейланд не должен знать, что окружение снято.
Флеминг огладил широкую бороду:
— Это можно сделать.
— Затем, выделите дюжину телег с провиантом.
— Хорошо. Осмунд оставит их на дороге.
— А также дайте мне пароли, список подразделений Кукловода и носителей Перстов.
Граф покосился на аббата, тот сделал неопределенный знак. Флеминг отметил:
— Вы сможете напасть внезапно. Это сделает битву нечестной.
— Полагаете? У Виттора Абсолют и больше двадцати Перстов, а у меня — ни одного. Внезапность даст мне лишь подобие шанса.
— Грм…
Терпение Эрвина исчерпалось. Он тоже ответил: «Грм», — и холодно глянул на Виолетту. Граф понял намек.
— Я согласен, будь по-вашему.
— И последнее…
Эрвин знал ответ, но не спросить не мог:
— Расскажите, как сбежала Иона?
Флеминг повел бровью:
— Простите?..
— Моя сестра, конечно, жива.
— Да, милорд.
— Ее освободили при атаке в лесу?
— Ее никто не освобождал. Леди Иона по-прежнему в клетке.
Эрвин застыл:
— В клетке?..
— Мартин Шейланд придумал. Взял клетку для собак…
— Мартин Шейланд? Взял клетку?
Герцог поднялся из кресла, положил руку на плечо Виолетте.
— Ваша дочь — такая же пленница. Она ест со мной за одним столом. А Иону держат в конуре, будто псину. Немедленно освободите!
— Я не могу.
— Не можете… — повторил Эрвин. Сказал Виолетте: — Вон.
Она исчезла, как ветром сдуло. Флеминг встал на ноги, иксы взялись за рукояти мечей. Эрвин медленно произнес:
— Граф, вы получите сотню кусков мороженого мяса, освежеванного и нарезанного ломтями. Собрать из них трупы жены и дочерей — вот чего вы не сможете.