Или втроем?.. Минерва тоже рядом с ними, и точно так же, как Эрвин, закатила глаза. И одновременно с ним раскрыла рот в беззвучном: «ах!»
— Да, Агата писала об этом, — признал Эрвин. — Я просто не понял иносказаний.
— И Янмэй намекала в поздних дневниках, — сказала Минерва.
Все трое переглянулись и, придя к согласию, повернулись к Мирей. Эрвин сказал за всех:
— Миледи, благодарим вас. Это ценное знание.
А Минерва спросила:
— В чем же состоит цель тайного ордена? Леди-во-Тьме хочет вырастить еще одно Древо?
Принцесса Дарквотера нервно затянулась дымом.
— Первое Древо дало человечеству возможность жить. Говоря поэтично, оно сделало людей людьми. Но Второе Древо должно…
Леди Мирей запнулась, не смея произнести. Она слишком плохо знала младших Ориджинов, даже после всех рассказов Софии боялась довериться им. София прекрасно понимала ее колебания. Будь здесь Рихард, он стал бы фанатиком Второго Древа. Утонул бы в мечтах о всемогуществе, безграничной силе, батальонах сверхсолдат со сверхоружием в руках… Но в Эрвине с Ионой София была абсолютно уверена. Она сказала сама:
— Второе Древо сделает из людей богов.
— Но как⁈ — вскричала владычица.
— Давид говорил подобное, — ответил Эрвин. — Они хотят добраться до Звезды и взять там миллионы Предметов, а потом раздать всем людям в мире. А первокровь добыть у Пауля или Натаниэля, чтобы ею инициировать всех. Каждый на свете станет сам себе Праотец.
— Это так⁈ — переспросила Минерва.
Леди Мирей ответила тихо:
— Почти. Немного упущено, но главная идея такова.
Трое задумались, и Мирей смотрела на них с явною тревогой. Боялась того, что кто-нибудь вскричит: «Как здорово! Я тоже хочу!»
Иона сказала:
— Дать каждому человеку Предмет? Каждому мартину и джоакину?..
Эрвин сказал:
— Это будет кошмар. Нынешняя война покажется детской сказкой.
Минерва сказала:
— Нави не дал мне ничего, кроме Перчатки, и был совершенно прав. Мы не готовы к такой силе.
Принцесса Дарквотера спросила, как бы испытывая их:
— Предметы могут дать множество благ. Не станет нищих и больных, повсюду воцарится тепло и свет, любых товаров будет в изобилии…
Иона сняла с головы платок. От ее прекрасных смоляных волос не осталось ничего. Без них Иона выглядела несчастной и хрупкой, как стебелек опавшего цветка.
— Леди Мирей, я инициирована. Всегда, до конца своих дней, буду этого стыдиться. От людей с Предметами в руках я не видела ничего, кроме зверства. Я и сама стала зверем, когда надела Перст Вильгельма. Я старалась спасти родной город, но это не меняет сути: первокровь сделала меня чудовищем. По двум причинам я не покончила с собой после боя. Первая — мой брат. Вторая — леди Минерва Стагфорт. Она — единственный, кто носит в жилах первокровь и остается человеком. Она — лучик надежды, что можно надеть Предмет и сохранить душу.